Наконец настал день, когда откладывать дальше задуманный уход в вирт-сон стало невозможно. Все мыслимые проволочки и отсрочки были ею уже использованы.

Это был хороший, сытый день — день удачной охоты и нормальной погоды, даже солнце, впервые за все время, ненадолго выглянуло из-за облаков, а Шлеп вернулся из своей очередной отлучки.

Почему-то его присутствие действовало на нее благотворно. Это холодное шершавое животное внутри было непонятно теплым, от него постоянно исходил невидимый поток энергии, согревавший Ружану своими лучами.

Вечером, когда все угомонились, она ушла в свой угол, как и в рубке на корабле, отгороженный ширмой от остального помещения. Ей все труднее удавалось сохранять дистанцию между собой и двумя основными претендентами на ее внимание. Слишком мало женщин в их крохотной колонии и слишком много проблем… Возможно, сегодня и эта проблема решится сама собой, если она не вернется. Она даже Юджину не стала предупреждать о своем решении. Все последние ночи ее компаньонка проводила за загородкой их нового лидера. Это было правильно, и княжна не собиралась ей мешать.

Когда все уснули и в пещере установилась тишина, нарушаемая лишь сонным ворчанием Шлепа, Ружана начала предварительную подготовку к вирт-сну. Прежде всего нужно было расслабиться, отрешиться от повседневных мелких забот и проблем. Даже одежда имела определенное значение. Специально для этой процедуры она приготовила чистую сорочку из тонкого полотна, не стеснявшую тело.

Она легла поверх спального мешка, радуясь тому, что в пещере тепло. Позже, когда она заснет, температура потеряет всякое значение, но сейчас теплый воздух помог ей расслабиться.

Неожиданно занавеска раздвинулась под чьей-то решительной рукой. Частично Ружана уже отключилась и поэтому не слышала, как человек подошел к ее постели. Теперь он сел рядом с княжной и тихо заговорил, стараясь не разбудить остальных.

Было около двух часов ночи, сквозь прозрачные облака пробился неверный свет луны, и наконец она узнала ночного посетителя. Разумеется, это был Гриди с.

— Тебе пора решиться. Ты обещала над этим подумать. Прошло достаточно времени, у нас не хватает женщин, и ты не можешь оставаться в одиночестве. Выбор принадлежит мужчине, и я его сделал. Больше я не позволю тебе ничего откладывать.

Из-за своей тонкой сорочки, под которой ничего не было, Ружана чувствовала себя обнаженной. Гридис держался слишком самоуверенно, он по-хозяйски положил руку ей на бедро. Это окончательно прогнало остатки ее расслабленной отрешенности и вызвало приступ неожиданной для нее самой ярости.