— Они боятся мощных электрических разрядов, разрушающих их структуру. Но такие разряды одинаково опасны как для них, так и для нашей машины.

Рэнитка закончила свои объяснения и теперь, полностью оторвавшись от управления машиной, облокотилась о пульт и с интересом разглядывала Ротанова, словно только что увидела его.

— Я чувствую, вы хотите задать мне еще один вопрос…

— Нет. я не собираюсь этого делать! — он возразил слишком яростно, чем вызвал на губах прекрасной рэнитки лишь легкую усмешку.

— Не пытайтесь мне лгать, Ротанов, это бесполезно. Мы не можем создавать структуры живых существ. Они слишком сложны даже для нас. Все, что мы можем, — это оживлять воспроизведенные с сознания конкретных живых людей копии. Здесь у нас все-таки ненастоящий рай. Не заблуждайтесь на этот счет.

— Как раз насчет этого я не заблуждаюсь!

— В таком случае вы должны понимать, что надежда встретить здесь вашу погибшую женщину иллюзорна, Линда Гердт, так ее звали? Она сама виновата в своей гибели. Те, кто надеятся получить от гарстов часть их силы, платят за это дорогую цену.

— Как я могу перейти в одно из созданных вами пространств, в которых обитают наши люди?

— Вам надоела откровенная беседа? Что же… Сделать это нетрудно. Просто представьте себя движущимся в нужном направлении. Хотя наш рай и синтетический — простые желания в нем исполняются мгновенно.

ГЛАВА 40

ГЛАВА 40

Совершив переход через врата в предыдущее луностояние, фермер Хрунов опередил появление Ротанова в раю на целый месяц. Проходя через врата, он пожелал стать ханом, поскольку считал, что именно жизнь хана более всего соответствует его неудовлетворенным потребностям.

О жизни древних правителей, именуемых ханами, Хрунов знал не слишком много, — но был уверен, что они не испытывали недостатка в еде и не утруждали себя изнурительным трудом, а именно эти обстоятельства, постоянный голод и тяжелый труд, побудили Хрунова совершить переход.

После катастрофы Юрию Хрунову пришлось стать фермером вовсе не по собственному желанию. Обстоятельства вынудили заниматься натуральным хозяйством практически всех уцелевших колонистов.

Исключение составляла небольшая группа охотников, занимавшихся, с риском для жизни, опасным промыслом по доставке товаров из покинутого города. Процветали еще и администраторы, довольно быстро возродившиеся из когорты прежних высокопоставленных бюрократов. Ни к тем, ни к другим Хрунов не принадлежал. Хотя в охотники принимали всех желающих, Хрунов сразу же решил, что подобный риск ему не подходит. Из каждой экспедиции в поселение не возвращались обратно больше половины ее участников.