Он не успел захватить во время исхода из города ничего ценного, если не считать переносного видео, и потому все хозяйство ему пришлось начинать с нуля.

Для человека, не привыкшего к физическому труду, задача оказалась невероятно сложной. Кое-как построив плетеную загородку из сухих стволов местных горных растений, Хрунов решил заняться разведением кур, просто потому, что этот вид живности казался ему наиболее нетребовательным. Тем не менее перед ним сразу же встал вопрос, откуда взять производителей?

Некоторые наиболее удачливые поселенцы захватили с собой скотину и птицу, которую приобрели еще до катастрофы в генетическом банке, охотно снабжавшем всех желающих за символическую плату зародышами различных сельскохозяйственных животных и аппаратурой, необходимой для их выращивания.

Эти счастливцы сразу же заняли в новой колонии особое, привилегированное положение. Купить у них пару кур в принципе было возможно — вот только деньги в новой колонии больше не имели никакой цены. Хрунову пришлось согласиться на два месяца каторжного труда на ферме одного из таких счастливцев. В конце концов, получив в качестве оплаты за свой труд полдюжины цыплят, он сумел вырастить их и наладить небольшое производство яиц, но даже после этого вынужден был жить впроголодь.

Одними яйцами сыт не будешь, а для натурального обмена, способного реально поправить положение дел, требовалось гораздо больше продукции, чем могли произвести его хохлатки.

До катастрофы Хрунов занимал незаметную должность в министерстве культуры старой колонии. Бюрократическая машина, попав на новое место, немедленно начинала разрастаться и использовала для своего роста хорошо освоенные земные методы и названия. Так что получить должность в министерстве, в котором работал его дальний родственник, Хрунову удалось без труда.

В непосредственном ведении Юрия находилось распределение заказов на изготовление семейных портретов. На первый взгляд работа, не сулившая никакой выгоды, но это только на первый, поверхностный взгляд незнакомого с ее скрытыми механизмами человека.

Живопись «Семейного портрета» испытывала в то время настоящий подъем не только в колониях, но и в самой метрополии. Людям осточертели голо-графические муляжи, созданные с помощью совершенной компьютерной графики, и их потянуло к старине. Создание семейного портрета живым художником считалось престижным, и, чем дороже стойл такой портрет, тем выше поднимался престиж его обладателя.

Находясь, что называется, у первоисточника «художественных ценностей», Хрунов получил возможность проникнуть в самые сокровенные секреты современных живописцев, и, в конце концов, решил попробовать улучшить свой семейный бюджет, самостоятельно занявшись живописью.