— Я предпочел бы объяснить это ошибкой соединения.

— А я — материализовавшимся стремлением Вселенной к равновесию. И при этом мы оба будем правы — каждый по-своему. Однако у меня есть и более привычные для тебя объяснения. Во-первых, контактеры будут ждать тебя и только тебя. Они сейчас несколько на взводе и, обнаружив в назначенной точке кого-то другого, могут, скажем так, допустить ошибку. А во-вторых… — гиперборей поморщился и все же продолжил: — Тебе, наверное, уже набила оскомину фраза о том, что Ассамблея заинтересована в стабильности. Несмотря на затасканность лозунга, это все еще так, Павел. То, что в силу обстоятельств Община готова открыто выступить против остальных, ничуть не умаляет значения этих слов. Ради стабильности мы прощаем друг другу многое, ограничиваемся нотами протеста и разбирательствами в трибунале таких дел, за которые любого, не входящего в четверку, нуллифицировали бы немедленно. Но всему есть предел. Если сегодня нас застукают на передаче какой-либо информации контактерам — войны не избежать. На последнем заседании совбеза возникли слишком принципиальные разногласия по вопросам… э-э-э… внешней политики. Мы готовы к этому, и все же, если есть шанс обойтись без конфликта, мы его используем.

— Вот теперь я тебе верю, — вздохнул с облегчением Павел. — Загрести жар чужими руками — это по-вашему. Но, если девчонка в результате вернется домой, на остальное мне плевать. Давай карту, я, так и быть, передам ее контактерам.

Он даже руку протянул и помедлил несколько секунд, ожидая. Потом повернул, наконец, голову к собеседнику и встретил грустный взгляд Градобора.

— А карты у меня нет, Павел. Она в спецхране Ассамблеи на этаже атлантов.

5

5

Эту дверь он уже видел сегодня: дешевый пластик и чуточку расшатанная круглая латунная ручка. Всего четверть оборота, и вот он — проход на территорию древней Атлансии. Дежурная на рецепшене та же самая, да и чего ей меняться под конец рабочего дня? Вечерняя смена заступит только в семь часов. Даже если нет никаких чрезвычайных дел, Миссия не прекратит работу ни на минуту — должен же кто-то поставлять бесчисленные отчеты, балансы и акты бюрократическому аппарату родной ветви. Именно поэтому выбирать какое-то особое время для акции не имело смысла, коридоры и комнаты третьего этажа никогда не будут пустовать.

Павел открыл дверь насколько можно шире и шагнул в приемную. Его маскировка была насколько же простой, настолько и дерзкой, но в сочетании эти два качества давали надежду на успех. Особенно если удастся шагать как можно плавней, а говорить как можно меньше. И еще нужно как-то умудриться ни за что не задеть своими новыми габаритами при почти полном отсутствии видимости через узкий зев глубокого капюшона.