Симмонс по уши был влюблен в Медею. Он не сомневался, что и Медея любит его, но всё равно страшно ревновал её буквально ко всем. Часто приходилось бить кому-нибудь из пилотов или пехотинцев морду, уча их не пялиться беззастенчиво на чужих девушек. За это майор получал выговоры от начальства.

— Я тоже рада, — ответила Медея голосом, в котором слышалась чуточка хрипотцы.

Назавтра планировались торжественные мероприятия по случаю свадьбы. Со сладострастным предвкушением Симмонс ожидал их, мечтая о беззаботной жизни вдали от войны, где рядом будет только красавица Медея.

Мечтательное забытье майора прервал сильный удар в дверь. Он подскочил на кровати, вытащил из кобуры пистолет и крикнул:

— Кто там?

Вместо ответа раздался второй удар, дверь с грохотом вылетела из петель и упала на пол. Из ночной прохлады в комнату ворвались пятеро солдат в броне, со снятым с предохранителей оружием. Следом вошел высокий человек в форме Военной Разведки и приказал:

— Майор Симмонс, оставайтесь на месте.

Один из солдат шагнул в сторону майора и забрал у того пистолет. Двое приблизились к кровати и схватили под локти забившуюся было в угол Медею, испуганно прикрывающуюся одеялом.

— Отпустите меня! — взвизгнула она, когда солдаты потащили её к выходу. — Отпустите! Рой, скажи им!

— А ну прекратите! — страшным голосом рявкнул Симмонс, не понимающий, что происходит, и не могущий смотреть, как бедную, перепуганную и нагую, пытающуюся высвободиться, визжащую Медею два здоровенных солдата тащат к двери.

Майор дернулся в сторону солдат, но тут же в его грудь уперлись стволы двух пулеметов. Человек в форме Разведки молча стоял и смотрел на обнаженного Симмонса. Казалось, он сам не понимал, зачем оказался здесь и что делать дальше. Крики девушки стали ещё более пронзительными, когда её вывели на плац; к ним добавился плач. Майор с болью в сердце слушал эти крики и плач, чувствуя, как внутри вскипает бешеная ярость, но вдруг…

— РОООЙ!! — пронзительно, сквозь рыдания взвизгнула девушка, и раздался выстрел.

Повисла тишина, не нарушаемая ни единым звуком.

Всё оборвалось в груди Симмонса вместе с выстрелом. Сознание отказывалось понять и принять очевидное, но подсознание уже отдало приказ мышцам майора. Он дернулся и рванул к двери с дьявольским воплем «МЕДЕЯ!!!» и тут же получил тяжелым прикладом по зубам. От удара Симмонс потерял сознание…

На следующий день майору объяснили, что он задержан СОВРом до окончания расследования, виновницей которому стала Медея. У агентов Разведки были неопровержимые доказательства того, что Медея Локс, двадцатидвухлетняя связистка опорной базы «Скорпион-3», занималась шпионажем в пользу мятежников Каира. По закону военного времени девушку арестовали и расстреляли на месте ареста.