Марина сразу невзлюбила трутней. Она хотела даже утопить их всех в океане или скормить солдатам, но решила подождать. В конце концов, прочистить ряды своего улья она еще успеет, а вот восполнить их — дело иное. Вначале следовало позаботиться обо всех живых на острове. Побеспокоиться о них.

Контроль над многими особями улья приносил не только эйфорию и пьянящий восторг, но и определенные трудности. Например, новоиспеченной Королеве приходилось потрудиться, прежде чем сконцентрировать волю на каком-то конкретном солдате или трутне. Управлять же сразу несколькими особями поначалу казалось невыполнимой задачей. Внимание рассеивалось, переключалось то на одну особь экспериментальной группы, но на другую, а то и вовсе исчезал ментальный контакт с ними. Потому первый день Марина была поглощена изучению всех премудростей управления своим племенем. Она могла гордиться собой и гордилась: не каждому человеку удалось бы ТАК разветвлять собственное сознание.

Королева еще только вступила в должность, как говорят в цивилизованном мире. Или, вернее, вступила на трон. Но с первых минут своего царствования она понимала, какая огромная сила сосредоточена в ее руках. Эта сила беспрекословно подчинялась воле своей Королевы, не имея собственной. Толпа зараженных зомби готова была в любое время выполнить любой приказ.

Это вызывало неописуемую радость.

Но радоваться и беспечно играть с подчиненными Марина могла лишь после того, как позаботится о других. О живых. Ведь они представляют угрозу как отдельным особям улья, так и его Королеве — мозговому центру и органу контроля. Девушка начала осознавать, о каком контроле говорил ей отец в далеком прошлом.

Подсчитать точное количество марионеток Марина не смогла. Она несколько раз пыталась охватить сознанием всех своих солдат, но каждая попытка кончалась легким головокружением и обрывом всех ментальных нитей. Марина просто переставала контролировать кого бы то ни было кроме самой себя. Это раздражало. Но по приблизительному подсчету, навскидку, Королева думала, что в ее власти находится около сотни мертвецов, или чуть больше. Сотня — огромная сила. Это целая центурия темного легиона.

Очень скоро Марина поймет, что сотня марионеток — жалкая кучка дерьма. Очень скоро Королеве захочется расширить границы своих владений, на что и рассчитывал ее отец, создавая уникальный вирус. Он предугадал, какое поведение станет характерным для человеческого существа, воле которого вдруг подчинятся десятки других людей. Такой разум начнет искать новых рабов. Не десятки, не сотни, не тысячи станут нужны ему, чтобы удовлетвориться. Миллионы рабов — вот к чему будет стремиться этот разум.