Дальше бойцы двигались гораздо медленней, старались держаться ближе друг другу, чтобы успеть – случись что – прийти на помощь. Они получили первое предупреждение. Второго, скорей всего, не будет. И они осторожничали, порой чересчур:

– Азимут ноль, дистанция двадцать!

– Что там, Енчек?

– Пока не знаю… Подхожу…

– Осторожней, Енчек!

– Да, сэр…

Долгая гнетущая пауза.

– Ну?

– Отбой! – нервный смешок. – Пень!

– Сам ты пень, Енчек!..

Павел шел в одной группе с Шайтаном, Цеце и Рыжим. Слева их прикрывали Гнутый, Ухо, Зверь и Некко. Справа не было никого, если не считать безвестных соседей, пока никак не выказывающих свое присутствие.

Какие задачи выполняют сейчас соседние подразделения? Их не было видно даже на открытых местах. Неужели они так далеко? Где же вы, «Мамонт» и «Свирель»?..

Еще одна воронка попалась на пути. Эта, похоже, от авиационной бомбы, а не от снаряда. Переломанные, смертельно раненные деревья, сцепившись кронами, висели на своих устоявших собратьях. Иссеченные осколками сосны истекали пахучей липкой смолой. Дрожали на ветру перепуганные осины. Здесь был низовой пожар, но дождь не дал огню распространиться далеко.

Они прошли половину пути к вершине.

Где-то на этом месте Матрица устроила им встречу с экстеррами.

Но, кажется, в очередной раз ошиблась.

Впрочем, она не делала предсказаний и прогнозов.

Этим славился Курт Прорицатель. Но он шел в другой группе…

И только лейтенант, сверившись с компьютерной картой, убедился, что половина пути к лысой макушке горы пройдена, как в то же мгновение в эфире раздался крик, полный паники – чувства, недостойного настоящего десантника, и потому совершенно здесь неуместного:

– Стойте! – Так мог бы кричать Курт, будь он поблизости.