– Ты пока отдохни пару недель, а там посмотрим.

– Я тоже хотел бы жить во время полета, сэр, – сказал Павел, – а не лежать бесчувственным трупом.

– Бездельники на борту не нужны, – сказал сержант, – от безделья сходят с ума.

– Но я бы нашел себе занятие, – Павел еще пытался спорить.

– Ты слишком много думаешь, Писатель, – сержант принял решение, и не собирался его менять. – И поэтому ты можешь свихнуться. Мне не нужны безумцы на корабле.

– Но, сэр!..

– Отставить пререкаться! Выполнять приказания доктора!

– Да, сэр…

Павел первым занял свое кресло, сам застегнул несколько ремней.

«Возможно, – подумал он, – это и к лучшему. Полтора месяца пройдут как одна ночь. Сейчас закрою глаза, а когда открою, буду уже на Земле».

Игла ужалила его в сгиб локтя.

– Если хоть один из моих бойцов не проснется, я лично придушу вас, док, – сержант Хэллер был почти ласков.

– Вы должны понимать, – голос доктора дрожал, – что не все зависит от меня.

– Не торгуйтесь, док, – сказал Рыжий, – сержант этого не любит.

Павел почувствовал, что на его тело вешают какие-то штуковины. Ощущение было неприятное – будто холодные липкие пиявки присасывались к коже. Он хотел было открыть глаза, но веки словно склеились. Попробовал шевельнуться – не сумел. Попытался крикнуть – не смог.

Голоса отдалялись:

– Как там раненные, док?

– Хорошо.

– На этот раз вы без помощника.

– Медицинский персонал находится в ячейках. Ваш сержант захватил корабль, когда все были готовы к перелету…