Взрывы ничем не уступали авиационной бомбардировке. Они прозвучали практически одновременно, заставляя землю покачнуться. Ударная волна сорвала Николая с места и резиновым мячиком покатила по песчаному бархану. На излете последнего сальто лейтенанта догнал огненный шквал.

«Я все еще жив, – словно в тумане, Строгов глядел на свои руки, по которым струилось хищное пламя. – Почему я не чувствую боли? Или все происходящее нереально?»

– Лейтенант, ты где? Ты цел?

Знакомый голос сорвал с Николая оцепенение. Исчез и огонь. Испугавшись слов, он унесся ввысь, оставляя после себя лишь пыльное марево.

– Ох! – с невообразимым трудом выдохнул Строгов. – Серж, это ты?

– Кто же еще, черт бы тебя побрал! Куда ты подевался, лейтенант? Я вижу Дэю, но не вижу тебя.

– Я тоже ничего не могу понять. Вокруг сплошное молоко, и вдобавок ко всему у меня жутко кружится голова.

– Включи свой маяк. Быстро! – капитан не стал сюсюкаться с потерпевшим. – Твой охотник все еще жив, но я не могу стрелять, не зная, где ты.

– Включаю. – Николай нащупал панель аварийного коммуникатора на своем запястье и вдавил большую треугольную кнопку. – Готово!

– Дьявол! – вскрик Риньона не сулил ничего хорошего. – Беги, лейтенант! Беги что есть духу! Ты прямо у него под брюхом!

Новая опасность подстегнула Николая сильнее удара кнутом. Стоя на четвереньках, он завертелся как юла.

– Куда бежать? Я ни черта не вижу!

– Лови мой маяк!

Маленькая красная точка замигала слева от лейтенанта. Приняв сигнал капитана, микрослит боевого шлема не посчитал свою работу завершенной. Вслед за визуальным отображением перед глазами Николая поползли цифры: удаление, азимут, высотность…

«Странно, – Строгов с удивлением отметил, что сигнал идет откуда-то сверху, – такое впечатление, что Серж парит в воздухе, или это у меня нелады с головой?»

Жуткий вой ударил в спину Николая. Оглушенный, он спуртовал с низкого старта. Хотя первые шаги были проделаны на четвереньках, но Строгов все же сумел преодолеть в себе этот первобытный инстинкт. Поднявшись на ноги, он побежал, если это, конечно, можно было назвать бегом. Земля раскачивалась из стороны в сторону, то и дело норовила выскользнуть из-под ног. Лейтенанту всякий раз приходилось ловить ее, делая несколько неверных шагов то вправо, то влево. Небеса вели себя еще хуже. Они превратились в единый звездный маятник, который гвоздил по голове здоровенной кувалдой. Единственным, кто оставался неизменно дружественным и приветливым, был маленький алый светлячок. Николай уже не смотрел под ноги. Его глаза словно приросли к этой светящейся точке. Но вдруг огонек изменился. Он вспыхнул сверхновой звездой и сам помчался навстречу Строгову.