Что это? Огненная комета просвистела прямо у Николая над головой. Нет! Не в силах перенести новый взрыв, он закрыл голову руками.

До сознания лейтенанта начали доходить голоса:

– Сейчас все пройдет. Это всего лишь контузия. – Дэя прижала к шее Николая ствол инъектора.

– Ожогов нет? – осведомился Риньон.

– Нет. Наша униформа с честью выдержала полевые испытания.

– Когда он придет в себя?

– Думаю, минут через десять-пятнадцать.

– А когда сможет идти?

– Не раньше чем через час.

– Брехня! – Строгов открыл глаза. – Выступаем через двадцать минут.

– О, товарищ самоубийца очухался! – Серж положил на живот Николая его автоматический МАТ-49. – Я слыхал, что любимые развлечения твоих земляков – это русская рулетка и прыжки под танк со связкой гранат. Однако до сегодняшнего дня видеть не доводилось ни того, ни другого.

– Ну что, посмотрел?

– Посмотрел. Надеюсь, что рулетки не будет? – Капитан уселся рядом.

– Умник! – Почувствовав, как под действием медикаментов в голове проясняется, Строгов тоже сел.– Скажи лучше, почему ты так долго не стрелял?

– Нет, это ты мне скажи, куда это вас с Дэей понесло? Моя позиция находилась совсем в другой стороне.

– Это так, маленький экспромт. – Николай со скрипом повернул негнущуюся шею и глянул на поле битвы. – Что, разве не получилось?

Туши трех охотников украшали пейзаж безжизненной долины. Две из них были разделаны, как на бойне, а у третьей не хватало головы. Очевидно, охотник обронил ее раньше, чем это заметил. Зубастая тыква валялась метрах в шестидесяти от того места, куда успело добежать полумеханическое тело.

– Вы с доктором живы только благодаря меткому глазу вон того молодого человека. – Риньон указал на рядового, который любовно осматривал свой гранатомет.

– А, Анри Нангисен! Он был гордостью первого взвода. Такер прозвал его «мистер снайпер» и поручал самые ответственные задания.