Проигрывая предстоящие действия в уме, добравшись именно до этой их части, Лен невольно взглянул туда, где укрывался его партнер: сейчас он должен был уже появиться на открытой площадке перед лифтом, готовясь к стремительному броску. И поднял брови до предела: Штель действительно показался, но не только не двинулся вперед, но отчаянно махал руками над головой, крест-накрест, что, по всей вероятности, могло означать лишь – отбой, дробь, отставить! То есть захват человека, спустившегося, чтобы найти их – другой причины Казус не находил, – почему-то отменялся. Однако в этих условиях правила игры устанавливал Штель; оставалось лишь повиноваться ему.

Поэтому Лен Казус, вместо того чтобы одним прыжком преградить дорогу приближавшемуся человеку, постарался снова как можно глубже вжаться в стену, распластаться на ней, чтобы не оказаться замеченным, даже если тому сейчас вздумается снова вооружить свои глаза.

Через две секунды человек прошел мимо – быстро, но все же не так, чтобы Лен не успел хоть как-то рассмотреть его. Увиденное не обрадовало сыщика: человек был, как говорится, в лучшей поре, физически развит весьма достойно, был даже – пришлось признать – красив и, судя по теперь уже четким, целеустремленным движениям, уверен в себе. Похоже было также, что он не ожидал какой-то опасности для себя – но это могло означать, что вовсе не для того он спустился, чтобы разыскивать тут экипаж уничтоженной «Аморы»; цель его была какой-то другой. И, видимо, Штель сообразил это раньше, чем к такому выводу пришел Казус; этим и была вызвана его отчаянная жестикуляция.

Штель подтвердил это, почти бесшумно приблизившись к партнеру, когда чужой успел удалиться на двадцать с небольшим метров, но был еще хорошо виден даже в неярком освещении штрека. Прошептал:

– Он не за нами.

– Что ему нужно?

– Придется у него спросить.

– Зачем же было пропускать?

– Увидеть лучше, чем услышать. Пошли.

– Постарайся, – на всякий случай заметил Казус, – хоть здесь шуметь как можно меньше.

Штель в ответ лишь буркнул: «Гм!», но ноги стал поднимать повыше. Преследуемый шел быстро, и оба партнера от него отставали: Казус мог бы идти и быстрее, но опасался, что не столь опытный его попутчик снова станет производить лишний шум и заставит чужака обратить на них внимание; ни один, ни другой из них не смог заметить, вооружен ли посетитель рудника или нет, однако осторожность заставляла считать, что да, личное оружие у него вполне могло быть хотя бы в наплечной кобуре, в кофре же могло оказаться и что-то, более мощное. Они ускорили шаг, лишь когда выслеживаемый, следуя за изгибом штрека, скрылся из виду. Штель предупредил: