Детская? Вот тебе раз! Такого Зора совершенно не ожидала. Одним недоумением больше.

* * *

Клубный домик был (как подумала Зора, едва успев войти), по сути, гостиной – с удобными креслами, столиками, встроенным буфетом, кофеваркой, полками с множеством записей на кристаллах – смотреть и слушать, а кроме того был тут и музыкальный синтезатор, и еще всякая всячина. Почти все кресла оказались занятыми, несколько девушек показались Зоре новыми, кого-то из уже знакомых, наоборот, не было. Те, кто тогда в столовой присутствовал, успели переодеться, так что узнать их удалось не сразу. И вообще они стали выглядеть как-то по-другому. Иначе. И – лучше.

Лица! Вот что стало другим.

«Неужели какие-то минуты тому назад они казались однообразными почти до полной схожести, лишенными хоть какого-то эмоционального выражения, ко всему равнодушными, чтобы не сказать – просто чужими? Сейчас их тут одиннадцать? Или даже двенадцать женщин, совсем разных, хотя и улыбающихся одинаково доброжелательно. Словно тогда все они были в масках – а вот теперь разом сбросили их и показались в своем естественном виде. Это приятно, даже более чем приятно: обнадеживает, потому что с такими, похоже, можно дружить, быть достаточно откровенной, если нужно – и поспорить, в то время как с теми – тупыми – ничего такого не было бы возможным, общаться с ними все равно, что с восковыми фигурами. Интересно, это что: такая программа заложена в них – выглядеть то людьми, то куклами? Сколько в них вообще есть человеческого – кроме облика, конечно?» Тихая музыка не мешала сидевшим перебрасываться репликами – расслабленно, как бы лениво.

– Зила, ну что там сегодня – завоеватели не показывались?

Спрошенная отвечала совершенно серьезно:

– Наверное, не отважились – если только не сделались невидимками. Их мы пока не фиксируем.

– Слушай, а та штука, которую наша смена засекла, – какое там развитие?

– Ты о какой, о маленькой?

– Нет. Об утюге.

– Там и сидит, где сел – на объекте два. Все тихо, спокойно.

– А, Зора! С легким паром.

– Ой, спасибо. Совсем другая жизнь.

Катя, она же капитан, тоже оказавшаяся здесь, предложила:

– Может, чашку кофе? Правда, сорт не из лучших, но что поделать: глубокая провинция. Если хочешь чего-нибудь покрепче, то не обессудь: не держим, потому что сами не употребляем, а к гостям вообще не привыкли: ты за долгое время первой решилась нас навестить. Почему и зачем, если не секрет?

Ага: вот, значит, и перешли к делу. И хорошо.

– Кофе я бы выпила – если только за компанию. В одиночку как-то не доставляет удовольствия.