— Нет, умение связывать потоки силы в единое целое вам не доступно. Мама говорила, что у вас потерян нужный для этого ген. Он может возродиться, но для этого требуется долго находиться в потоках мощной энергии.

— А где такая есть?

— Да хоть здесь. — Девушка обвела рукой вокруг нас. — Кордон выстроен на энергетическом пересечении нескольких силовых линий, по-вашему — в геопатогенной зоне.

— А лабиринт?

— С ним все иначе, он сам вырабатывает энергию, равную той, что выделяет звезда, это одна из причин, почему не можем пройти внутрь, мы слишком чувствительны к силе. Только тот, кто чувствует нити энергии, может ею управлять, поэтому нам и больно внутри, где мощь звезд так и брызжет…

— Ты же сказала, что заходила в лабиринт, — сказал я, хотя и мог бы промолчать. — Обманывала?

— Нет, я часто в него хожу, но еще ни разу далеко от арки не прошла. Я могу сплести себе защиту из разрозненных токов, к сожалению, она быстро разрушается.

— Получается, вам туда не попасть.

Она посмотрела на меня и отвернулась, причем на лице ее что-то читалось, то ли презрение, то ли что-то еще.

— Кажется, я сказала много лишнего…

— Я понял, дочка, спасибо, — улыбнулся профессор. Я посмотрел на него как на сумасшедшего. Что она сказала такого, за что нужно благодарить? Лично для меня как было все непонятно, так и осталось. — А вы, юноша, не поняли?

— А что она сказала?

— Ее соплеменники не могут пройти внутрь лабиринта, потому что очень чувствительны к токам энергии…

— Это я слышал.

— Но люди на нашей планете не так чувствительны… Я начал что-то понимать.

— Получается, что такой, как я, может ходить где захочет, а те, кто способен поднимать горы, этого не могут?

— Именно это и сказала моя дочь.

— Все равно никуда не пойду!

— Он не хочет идти, — пожаловался Сергей Сергеевич Насте. — Уговариваю уже целое утро.

— Значит, помогать своему человечеству он не хочет?