— Да, дочка, в этом ты права.

— Григ теперь тоже находится здесь, так что все принадлежит ему так же, как и нам.

— А… — облегченно выдохнул профессор. Не знаю, что он там в этот момент передумал, но видно было, что волновался. Может, представлял меня своим зятем? — Но если он один из нас, то почему не хочет идти в лабиринт?

Они опять разговаривали между собой так, словно меня здесь и не было. Ну и подумаешь! Я допил свой цилиндр и стал думать, стоит ли мне еще выпить немного? Наконец-то мой желудок успокоился, внутри теперь что-то благосклонно урчало.

— Конечно, это его пугает, — вздохнула Настя. И глаза у нее на мгновение стали совсем печальными. — Все боятся лабиринта. Только у одних долг перед планетой больше, Чем самолюбие, у других меньше.

Меньше, как я понимаю, это у меня. Ну и пусть! Мне-то что? Мертвому все равно, что о нем говорят. Если сейчас начну что-то доказывать, сам стану мертвым. Спорить не хотелось — устал. Да и о чем говорить? Нет у меня долга перед родной страной! Как-то она не очень любила меня, почему же я должен ради нее идти на смертельный риск?

Даже не сомневаюсь, если у меня что-то и получится, то этого никто не заметит — ни планета, ни Россия. Думаю, меня быстро отодвинут от найденного артефакта, все заслуги запишет себе москвич, если, конечно, его на самом деле не сожрала кичи, а меня грохнет в тихом переулке наемный убийца. Все как всегда: спасителю человечества — крест или пулю, остальным — деньги и слава. Все эти мысли молнией промелькнули в моей голове, и Настя закончила:

— Поэтому артефакт достанется нам, а не вам.

— Следовательно, ты, дочка, сможешь его переубедить?

— Если помнишь, папа, я играю за другую команду.

— Помню, но ты наполовину земная, поэтому должна помогать обеим сторонам.

— Согласна только с тем, что артефакт получит тот, кто его достоин. — Девушка вздохнула. — У нас прав на него больше, чем у вас. Все ваши претензии к нему исходят из того, что когда-то мои предки прошли через лабиринт, спасаясь от смерти, и какое-то время прожили на вашей планете. Не было бы этого, вы бы и не знали, что существует лабиринт, а в нем спрятанный артефакт.

— Ты права, дочка, но сейчас не важно, кто из нас имеет больше прав.

— А что важно?

— Вообще получить артефакт. Пусть у вас больше прав, но самого предмета-то нет. Разве не так?

— Мы пытаемся его получить…

— Вы пытаетесь уже как минимум десять тысяч лет…

— Это правда…

— А сколько людей погибло в лабиринте?

— Несколько тысяч…