Едва Пирсов уселся в своем капитанском кресле, как в рубке мигнул и затем погас свет. Весь сразу — даже аварийные лампы, которые обязаны были гореть в любой ситуации, не включились.

— Это еще что такое?! — рявкнул Пирсов, давая наконец выход своему гневу. Никто ему не ответил.

Северцев вцепился в спинку овального дивана, на который он так и не успел опуститься.

В рубке единственными светлыми пятнами оставались обзорные экраны, которые почему-то продолжали работать, несмотря на отсутствие энергии.

Даже контрольные индикаторы на управляющих пультах погасли, и рубка сразу же наполнилась гулом недоумевающих людских голосов. Северцев их не слышал. От светлых овалов обзорных экранов к нему ползли какие-то шевелящиеся темные тени, и от их неясных очертаний веяло первобытным страхом, который охватывает человека, неожиданно узнавшего, что жить ему осталось несколько минут.

Одна из этих теней подползла к Олегу вплотную, так близко, что он почувствовал леденящий холод от ее прикосновения и услышал шепот:

— Что же ты не обращаешься к своему богу, смертный?

А в самом деле, почему? Но он знал, что таким обращением нельзя злоупотреблять. Слишком дорого оно обходилось.

И, стиснув зубы, Олег боролся с обступившими его тенями, отодвигая их от себя усилием воли. Через какое-то время ему удалось отодвинуть их настолько, что к нему вернулось ощущение времени и окружающей реальности.

Репродукторы громкого оповещения связи, которые включились в тот момент, когда его сознание было полностью заблокировано борьбой с тенями, надрывались, повторяя одну и ту же фразу:

— «Ураган», немедленно остановитесь! Немедленно остановитесь, или мы открываем огонь! — В голосе радиста отчетливо слышалось отчаяние. Видимо, это было далеко не первое предупреждение. потому что передние экраны неожиданно вспыхнули ослепительным белым пламенем.

Перед носом крейсера разорвался шар плазмы первого предупредительного выстрела.

ГЛАВА 44

ГЛАВА 44

На космической огневой точке № 76, в просторечье именуемой семьдесят шестым КОТом, за два часа до того, как к ней приблизился «Ураган», ничто не предвещало последующих бурных событий.

Командир семьдесят шестого КОТа, полковник Пиленко, только что закончил утренний контроль всех технических служб станции, представлявшей собой гигантскую стальную чечевицу весом добрых две сотни тонн, медленно дрейфующую по точно рассчитанной постоянной орбите. Таких станций в системе «ЗАСЛОН» было сто сорок семь, и орбиты их были рассчитаны таким образом, чтобы ни один участок космического пространства, окружавшего Землю, не оставался без защиты ни на секунду.