Профессор Михайло Пустозвонов, один из крупнейших теоретиков русского былинного творчества, неоднократно отмечал: чтобы былина, как таковая, выжила в современном мире, необходимо следующее условие: каждые 10–20 лет былину нужно «подкорректировать» так, чтобы поменялась ее социальная направленность (как того требуют время и обстановка), характер основных персонажей, причем, вчерашний злодей вполне может оказаться героем и наоборот, а также язык повествования, который в любом случае обязательно должен сохранить известную «архаичность», дабы создать видимость того, что это и есть «былина в ее первозданном виде». Вообще, считает Пустозвонов, каждую былинную или обычную историческую сцену следует описывать так, как ты ее сам видишь. И если твое видение не совпадает с оценками окружающих, то это уже целиком их проблемы. Неизвестный автор «Ставра Годиновича» не знаком был с теоретическими выкладками уважаемого профессора, но в приведенном выше отрывке явно руководствовался его принципом отображения действительности, поскольку, без сомнения, принадлежал к «антикиевской» партии Новгорода. Постижение «исторической правды», как учил нас другой известный теоретик, на сей раз гласности, имеет столь важное значение, что мы вновь возвращаемся к невероятным событиям того времени. Попробуем описать, что происходило в реальности. А если кто-то опять же не согласится. Ну что ж…

* * *

Допоздна князь и воевода держали военный совет. За делами Владимир забыл, что Добрыня Никитич находился у себя в поместье в очередном отпуске. За ним уже послали гонца. Владимир с нетерпением и тревогой ожидал возвращения богатыря. Главное, чтобы Добрыня не уехал поохотиться на несколько дней в леса. Тогда ищи-свищи его.

По счастью, они услышали за окном приветственные крики и громовой голос Добрыни. И вскоре он предстал перед Владимиром.

Следует, наконец, подробно описать внешность этого богатыря, ставшего героем стольких легенд. Лет к тому времени ему было уже сорок с лишком, роста он чуть выше среднего, волосы русые, густые, и такая же густая, русая борода. Сила в Добрыне Никитиче чувствовалась необыкновенная: плечи были широки, руки — так крепки, что лишь немногие выдерживали его рукопожатие. Острый взгляд живых серых глаз и ум выдавал недюжинный. А прямой, с небольшой горбинкой нос, живой, волевой подбородок и резко очерченная линия губ говорили о решительности и властности характера. Оставшиеся на лице шрамы ничуть не портили красоту богатыря. Наоборот, они как письмена рассказывали о его подвигах в битвах за Русскую землю.