Интересно, неужели эта циничная дрянь влюбилась в свою марионетку? Так оно, видимо, и есть, раз Ольга не задумываясь сдала свои намерения о присвоении всего «Чистильщика», значит, далека теперь от подобных планов, Пустынник занимает все ее мысли. Забавно.

– Он справится, я уверен. Рейды в Москву куда опаснее, чем свора заезжих придурков, – попытался успокоить девушку Макс.

– Отстань, а?

Макс кивнул и перевел взгляд на копошащихся в бумагах ученых. Ольгу со счетов можно сбрасывать: ей уже не до наживы. Голос, полный внутренней усталости, выдал ее состояние. Сейчас, должно быть, сидит и горько сожалеет, что пустилась в эту авантюру. Откажись Рысь тогда – и у нее был бы Пустынник, а теперь она на своей шкуре почувствовала, что значит выражение «потерять все».

Слепнев переложил кипу просмотренных бумаг в сторону. Движения четкие, без суматохи. У него есть цель, микробиолог наверняка точно знает, что ищет, и Макс вдруг подумал: это не очень-то и похоже на истинного ученого. Наверняка все эти старые бумаги содержат кучу любопытных для ученого данных, как же он противится соблазну хоть чуточку вчитаться? Конечно, на его пожилых плечах судьба пусть не человечества, но сотен тысяч людей. А штатовский экспедиционный корпус, считай, в затылок дышит, тут не до любопытства.

Однако Макс все же поверил Пустыннику. Ведь понял же он, чем болен Макс, просто наблюдая за ним. Может быть, и Слепнева он так вот насквозь увидел? Двойное дно… что бы это могло значить?

Минуты тянулись долго, словно резиновые. Сейф все никак не поддавался, жужжала ручная дрель, документы перелопачивались килограммами, шелестя, – и все это в гнетущем молчании. Покинутая лаборатория, словно череп мертвеца, казалась опустошенным хранилищем тайн, которые не найдут своего решения. Кто были те, что работали здесь? Как покидали это место – в спешке или панике? Да и почему покинули его вообще? И главное… если им удалось разработать оружие, почему оно так и не было применено? Столько вопросов…

Петруха чихнул.

– Черти б забрали эту пыль, – пожаловался он, – бумага изветшала – дальше некуда, все в пыли! Неужели нельзя было хоть в папки сложить?!

– Они торопились, – не отрываясь, ответил Слепнев.

– А еще представь себе, сынок, сколько времени заняли бы папки. Ведь каждый документ приходилось бы еще и вынимать, – улыбнулся в усы старый инженер.

В этот момент раздался лязгающий звук, и Сергей опрокинулся на пол с ломиком в руках, а из сейфа на его штаны хлынула вода.

– Готово! – возликовал он. – Только откуда тут…

– Вода? Элементарно. Это герметичный холодильник. Реактор сдох, электричество кончилось, лед растаял…