— Точно, никого не было? — спросил Калита.

— Ну точно, — стал пыхтеть от обиды Жора. — Я всю деревню перетряхнул. Я думал, Чачич здесь прячется.

Повезло нам, понял Калита: снайпер шел оттуда, где мы с Жорой только что прошли. От этой мысли Калита покрылся холодным потом. Стоило нам повести себя самоуверенней, лежали бы мы сейчас посередь поля холодные и не дергались.

Но приступ слабости длился всего мгновение. Большего Калита себе позволить не мог. Он подобрался к окну, аккуратно высунулся и долго рассматривал соседний двухэтажный дом и наконец пришел к выводу, что он тоже пуст.

— А зачем мы туда вообще идем? — спросил Жора.

— Не маячь перед окнами, — предостерег Калита и добавил: — Ты думаешь, почему Сидорович по подвалам и погребам прятался?

— Привычка такая.

— Нет. Жизненная необходимость.

— Какая жизненная необходимость? — глаза у Жоры от удивления сделались круглыми.

— Не человек он!

— А кто? — еще больше удивился Жора.

— Я думаю, инопланетянин, пришелец, чужак, чужой, какой-нибудь урод, да мало ли кто? В общем, не человек.

— Да ладно вам… ой, пардон, тебе, Калита.

— Молодец, — похвалил Калита. — Сейчас мы во всем разберемся.

Вряд ли это была хорошая идея: не разведав фланги, переться в центр хутора. Но другого выхода не было. Жора остался прикрывать, а Калита пробежал расстояние между домами и ласточкой нырнул в окно. «Муха», которую он таскал с собой, больно ударила по спине.

Как он и предполагал, в доме никого не было. Он подал сигнал, и через мгновение Жора был рядом. Дом был кирпичным, на первом этаже — огромная комната с высокими окнами, хрустальной люстрой под потолком, пыльным роялем в центре и двумя рассохшимися стульями.

Это и насторожило Калиту. Дом был очень удобным для наблюдения за местностью. Вот только почему-то на потолке темнели огромные пятна, словно на втором этаже пролили воду.

— Перед окнами не маячь, — еще раз предупредил Калита.

Зарядив подствольники, они стали подниматься по скрипучей винтовой лестнице, которая привела их к площадке. Справа и слева распахнутые стеклянные двери вели в неразграбленные комнаты. На окнах даже сохранились шелковые шторы, правда, кое-где от солнца и времени пришедшие в негодность. Тем не менее здесь был порядок. Даже пыль на телевизоре, музыкальном центре и мебели из карельской березы не портила общей картины. И все-таки было странно видеть среди деревенской нищеты такую роскошь. В другой комнате за двуспальной кроватью в трюмо они увидели свои отражения.

А я еще ничего, подумал Жора, бывает хуже, и горе меня не убило. Калите было все равно, как он выглядит. Его не покидало ощущение, что они не одни, что в доме присутствует еще кто-то. Конечно, он списывал эти страхи на свою мнительность. Но это чувство никогда его не подводило, поэтому он не собирался им пренебрегать в угоду браваде и секундной слабости.