Мы все еще жгли дома, ревело пламя, его языки вздымались к небу, когда взошло солнце. Я стоял на холме, подо мной расстилалась южная часть города, на западе виднелся океан. Мы подошли к очередному дому и подожгли его. Оттуда выбежал молодой человек, лет четырнадцати, с длинными ногами, но еще детским лицом. Я выстрелил в него из лазера, провел платиновым лучом по промежности, он с криком упал на траву.

В этот момент земля дрогнула от взрыва. В километре от нас в старом городе на воздух взлетело целое крыло промышленного здания, крыша его изогнулась так, словно здание лопнуло изнутри. Раскололся огромный хрустальный купол над старым городом. Большие и мелкие куски голубоватого хрусталя как дождь обрушились на землю вслед за другим взрывом, уничтожившим три верхних этажа гордого здания правления корпорации «Мотоки». И хотя этот взрыв произошел в полукилометре от нас, пришлось укрыться от обломков.

Вначале я решил, что это наша работа, возможно, часть плана, направленного на дальнейшую деморализацию японцев, уничтожение их корпоративного духа. Но тут кто-то показал на взорванное промышленное здание и крикнул: «Здесь размещался их ИР. Теперь вся наша внешняя защита уничтожена».

Я посмотрел на здание и вспомнил, что всего несколько часов назад Тамара находилась там на верхнем этаже. Внизу в долине послышались крики и выстрелы: в разных местах города из потайных ходов вышло несколько сотен самураев в зеленом боевом снаряжении — из-под большого камня в парке, из-за фальшивой стены магазина, из старого заброшенного склада. Наши наемники стреляли в них из лазеров, заставляя останавливаться и вертеться, а в это время стрелы разрывали их броню. Повсюду виднелись серебристые полосы: это лазеры перегревали воздух. Кто-то рядом со мной выпустил стрелу, и я стал лихорадочно оглядываться в поисках цели — выбежавшей из дома старухи с дубиной в руках. И повсюду, повсюду из домов выбегали японцы. В общей сумятице я заметил, что несколько человек указывают на юг. Четыре больших скоростных дирижабля шли низко над поверхностью на скорости 400 километров в час со стороны поселка Цумэтаи Ока. Теперь, когда ИР города мертв, наши нейтронные пушки и кибертанки бесполезны. А все остальные автоматические средства поражают цель только на поверхности. Примерно половина населения «Мотоки» живет в южных поселках. На этих дирижаблях полно самураев.

Весь мир, казалось, сузился до одной точки. Я не отрываясь смотрел на дирижабли. В Гватемале я учился управлять на расстоянии кибертанком. «Боже мой, подумал я, если бы я знал код, я смог бы подключиться к одному из танков и сбить дирижабли».