Больше я ничего не помню.

Глава 11 АРТЕМ ВИШНЕВСКИЙ

Глава 11

АРТЕМ ВИШНЕВСКИЙ

— Мощь Разрушителя ужасна. Не буду скрывать, что освобождать ее крайне рискованно. Но много лет назад это было сделано. И будет сделано снова, если возникнет необходимость!

Артему начало казаться, что на его указательном пальце образовалась мозоль, а мозги закипают и створаживаются. У его далеких потомков, создателей звездолета «Расия» было весьма своеобразное представление о краткости. Вдобавок его родной язык за прошедшие века претерпел некоторые изменения. Проще говоря, он сверх всякой меры оброс искаженными иностранными словечками — подобно тому, как днище корабля обрастает ракушками и моллюсками. И если с пониманием разговорной речи особых проблем до сих пор не возникало, то с чтением технической литературы дела обстояли плачевно. Из двух десятков специальных терминов лишь один представлялся смутно знакомым, о значении еще пяти можно было догадаться. Что же до остальных… Поползав по перекрестным ссылкам, Артему в конце концов удавалось докопаться до истины, но к этому времени смысл первой фразы оказывался погребен под грудами новой информации.

И тогда оставался только один вопрос: «Боже! Что я тут делаю?»

Ответ был так же далек, как и последняя страница «Краткого руководства». Вагончик достиг своего таинственного пункта назначения и остановился. Артем подавил сильнейшее искушение снова нажать кнопку «пуск». Он так и не разобрался, как управлять вагонеткой, а автопилот, скорее всего, отправил бы их в исходную точку. Этого ни Артему, ни Матильде совершенно не хотелось.

Но куда хуже было другое. В «Руководстве» не нашлось даже упоминания о существовании таких вещей, как план звездолета… который в данном случае уместней было бы назвать «картой». Запомнить же бесчисленные повороты и развилки, попадавшиеся по пути следования, было просто нереально.

Вагончик стоял в огромном круглом зале, который Артем окрестил «вокзалом». Сюда стекались множество монорельсов. В конце каждого стояло несколько вагончиков — они отличались от того, на котором прибыли беглецы, лишь отсутствием дыр в стенах.

Отчаявшись найти карту, Артем предложил Матильде отправиться на поиски выхода. Они оторвались от кромешников, и теперь надо было подняться наверх. Теперь заблудиться им не грозило: Матильда тянула по стенам и полу нить, по которой при необходимости можно было вернуться. Топая за паучихой по бесконечному коридору, Артем вспоминал песенку времен своей бесконечно далекой юности — даже не песенку, а две строчки из припева: