Имбунхе не был готов к этому повороту: никто не хотел вместо него решать судьбу Чилоэ.

Он посмотрел на стражников, что безжалостно избили его чуть раньше. Если те ничем не лучше низшей нечисти…

Значит, их предводители ничем не лучше ведьм и ведьмаков. И если Имбунхе нашел в себе силу освободиться от их влияния, то он выше их всех.

Имбунхе не может надеяться на их жалость — так пусть же они ищут его сострадания.

Они не найдут его.

Судьбу мира решит он сам, единолично. Имбунхе так и не мог взять в толк, в чем же будет заключаться это решение. Чего хочет Создатель? Что несет с собой красная звезда?

Но то малое, что сейчас зависело от него, нужно было сделать. Если эти люди против истины, нельзя идти у них на поводу.

— Великий Генехен направляет длань мою, и я пророк его, — сказал Имбунхе, опустив голову. — Прочь с моего пути.

Раньери изумленно отшатнулся — до того впечатляющая сила звучала в голосе калеки. Словно только сейчас герцог заметил размеры и мощь этого гротескного существа с темной стороны, стоявшего на руках перед ним.

— Схватите его! — приказал он. — Нет, убейте его! Тотчас!

Имбунхе отступил и мотнул головой с такой силой, что стражник, державший цепь, завопил от боли — металлические звенья раздробили его руку, освобождаясь. По инерции он свалился вперед, на ковер, а остальные двое лихорадочно схватили свои арбалеты. Приор вскочил с кресла и отбежал к стене.

Ведьмостраж без единого звука принял в свою грудь два арбалетных болта. Кольчуга плохо помогает в таких случаях. Он перехватил цепь поудобнее правой рукой, стоя на одной левой, и бесстрастно крутанул наконечником в воздухе. Впервые за последние двести лет Имбунхе улыбнулся во все сорок клыков.

С гулким звоном нагрудник одного из стражников был пробит ржавым клином на конце цепи, которую ведьмостраж швырнул вперед с невероятной силой. Беднягу отбросило назад, на секунду он словно повис в воздухе — Имбунхе рванул цепь назад, высвобождая свое импровизированное оружие, — и обрушился на пол мертвее мертвого.

Ржавчина была обманчива, ибо ведьминская сталь закалялась в водах черного океана, благословленная самим Кайкаем. По кольчуге Имбунхе струилась кровь, и ржавчина словно впитывала ее, поблескивая багрянцем раскаленного металла.

Второй стражник бросил бесплодные попытки перезарядить арбалет, с воинственным криком рванул вперед и ударил калеку мечом. Имбунхе не пытался защищаться, лишь спокойно подставив под удар плечо. Придя в контакт с мерцающей красным светом кольчугой, меч жалобно звякнул и отскочил, не нанеся видимого вреда. Но его лезвие уже не блестело — пораженное мистической скверной, оно на глазах проржавело и стало рассыпаться в прах.