В общем, когда они приземлились в Бухте Двух Лун, лицо Мадлен было бледным, а губы совсем белые. Она с трудом выбралась из самолета, и ее вырвало под ближайшим кустом цветущей аникании.
Риджини счел, что сейчас самый лучший момент, чтобы сообщить о смерти Стивена, — недомогание не даст горю целиком завладеть женщиной, а горе притупит недомогание.
Мадлен оказалась молодцом, приняла новость мужественно и попросила показать ей хижину, а также записку Стивена. В хижине она сразу ушла за задернутый занавес, и Риджини на всякий случай вышел и сел на крыльцо — он знал, что людям требуется большее пространство для уединения. И вызвал по мобильнику Ристини.
5
5Мадлен вышла из хижины с заплаканными глазами и присела на корнях рядом с Риджини. Он представил Ристини и сказал:.
— Нам надо это обсудить. Ты говорить свой язык, я — свой язык, он переводить. Это доверие к тебе — то, что ты видеть его. Он переводить записку.
— Я хочу видеть записку, — произнесла Мадден.
Риджини протянул ей листок и сказал:
— Он просит тебя отомстить за него. Мы не знаем, какую именно тайну своего Департамента он узнал и за что его убили, но мы знаем много тайн… Человеческих тайн. Мы полагаем, здесь заговор между одной из наших семей и его начальством. Мы полагаем: Стивен сбежал и хотел обнародовать ее, и его убили.
Ристини перевел.
Мадден взглянула на Риджини удивленно и произнесла по-английски фразу, в которой дважды повторялось слово «убить». Ристини тоже удивился и сказал:
— Она думает, что Стивена не убили. Она говорит… я не совсем понял… Говорит, что он сделал это сам.
— Сам? — удивился Риджини. — Скажи ей, что она не видела рану. Это не случайный выстрел. Человек не может сам случайно выстрелить себе в висок.
Ристини перевел.
— Она говорит, это не случайно. Он сделал это специально.
— Она думает, что его заставили? — Риджини задохнулся от возмущения. — Что за бессмысленная жестокость? Убить врага — это одно. Но зачем его так унижать?
— Она говорит, что не было никаких врагов. Стивен пишет, что сам хотел это сделать.
— Сам? Сам хотел выстрелить в себя? В голову? Но зачем?!
Он с нетерпением ждал ответа Мадлен, она говорила непостижимые вещи. Но если в этом есть какая-то логика для людей, он должен был ее понять, раз уж стал их умиротворителем.