— По тебе видать, что давно мотаетесь, — отметила женщина. — И что ж — все время в такой одежке?

— Да у нас что поприличнее, для города, с собой, — тряхнул мешком Паша и поздоровался ответно: — Доброго дня.

— У старого Йохима купили? — засмеялась женщина.

— Почему вы так решили? — удивилась Анька.

— Так во всем городе и округе только у него такие вот мешки и сохранились, у остальных их давно уже беженцы поперли, на одежку себе, а у Йохима не сопрешь, хитрый он, умеет припрятать.

— Ну, да, у него, у нас-то вот тоже все вещички пропали и документы, и деньги местные, — согласилась Анька, воспользовавшись моментом.

— Документы, говоришь? — покачала головой женщина. — Да и ладно. Вам как — номер на двоих или каждому свой дать?

— А догадайтесь… — засмеялась Анька.

А хозяйка гостиницы неожиданно лукаво и озорно подмигнула ей, протягивая простой металлический ключ с маленьким брелоком, совсем не типичным для гостиниц.

В небольшом, но чистом и по-русски, хоть и безлико, обставленном номере Анька первым делом рванулась в ванную и оттуда уже ликующе крикнула:

— Паштет! Вода горячая! Я в замочку ложусь, на три часа, не меньше…

— Ложись, — согласился Паша, вытаскивая из еврейского мешка и развешивая во встроенном стареньком шкафу их обновки.

Потом он пошарил по двум тумбочкам, стоящим в изголовье широкой, низкой постели, и нашел список местных телефонов. Половина стандартного для Паши листа была закатана в прозрачный пластик и уже изрядно покрыта пылью, видимо, в номере давненько никто не останавливался, или постояльцы просто не пользовались тумбочкой. "Администратор", "столовая", "парикмахерская", "сауна" — было понятно, а вот "дежурный комендатуры", "штаб", "осназ" — вообщем-то, нет. Прежде всего тем, что такого рода телефонные номера не могли находиться в каждом номере простой, для всех желающих, гостиницы. Но, говоря по совести, вдумываться сейчас в такие проблемы не хотелось, а хотелось как следует помыться, побриться постоянно носимой с собой опасной бритвой, и завалиться спать в тишине и покое, в надежде, что этой ночью никто не поднимет их по тревоге. Поэтому Паша без раздумий забросил мини-справочник обратно в тумбочку и решил поторопить Аньку, понимая всю безнадежность этого мероприятия.

— Ань! — позвал он, открывая дверь ванной, — предложение есть…

— Отвернись, бесстыжий, — сказала Анька, стоящая голышом перед маленьким, только для бритья годным, зеркальцем над жестяной, эмалированной раковиной и пытающаяся оглядеть в него свою попку. — Я уже сама смеялась и плакала от горя, посмотрев…