Мимо, из глубины, всплыла огромная медуза, центнера полтора весом. Здорово смахивавшая на груду тонкого разноцветного белья, она томно помахивала шестиметровыми щупальцами.

— Никогда не заглядывал под лёд, — сказал Кермас зачарованно, — а тут как в зазеркалье…

— Я и сам здесь второй раз в жизни, — признался Сихали. — Пастор, вы должны быть в курсе… Какие субмарины приходили сюда из Третьего рейха?

— О, их было много! — с готовностью откликнулся Помаутук. — В «Конвой фюрера» входили лодки разных серий. Больше всего было из ІX-й — океанские подлодки, и XIV-й — подводные танкеры. Грузы перевозились на подводных транспортах Unterwasserboot-Frachtschifr, попросту UF. Эти были самыми большими. Две подлодки из «Конвоя» — U-530, под командованием Отто Верхмута, и U-977, где капитаном был Хайнц Шеффер, сначала высадили своих высокопоставленных пассажиров в Вальхалле, а потом сделали переход в Аргентину и там, в Мар-дель-Плате, сдались властям. Это случилось в июле сорок пятого, а почему они так поступили — бог весть…

— Может, не хотели остаток жизни провести в подземельях? — предположил Кермас.

— Возможно. Тимофей, а для чего вам подробности о подводном флоте Гитлера?

— Я подумал, что не все субмарины Адольфа уцелели. Вдруг да наткнёмся на обломки этого самого… «Унтервассербоот-Фрахтшифра»? Сразу станет ясно — вход где-то рядом!

— Да, это был бы чёткий знак… — согласился Джунакуаат.

— Пастор, — поинтересовался Кермас, — а для чего те подробности вам?

Помаутук пристально посмотрел на «генерала» и облизнулся.

— Тайна! — выговорил он. — Вот что меня влекло всегда. Великая, мрачная тайна того времени! Вроде бы сороковые годы двадцатого века и не скрыты за завесой тысячелетий, а вот поди ж ты… Мы так мало знаем о тёмных делах того отрезка лет, что просто оторопь берёт. Ведь посмотрите только — гитлеровцы с сорокового года, последовательно и упорно, строили здесь базу. Тем же летом в Коварах — это на юго-западе Польши — был создан секретный учебный центр вермахта, готовивший элитные части для Новой Швабии. Начиная с сорок второго, тысячи эсэсовцев и просто «истинных арийцев» тайно переправились сюда. И никто об этом ни словом, ни полсловом!

— Свидетелей тогда не оставляли, — сказал Сихали, медленно вращая штурвальчик.

— Совершенно верно, — кивнул пастор. — Я узнавал обо всём из архивов Ватикана, из переписки чинов СС, сбежавших в Парагвай и Боливию, дёргал за ниточки, почти незаметные, выискивал информацию в описках…

Неожиданно из синеватой полутьмы наплыла огромная тёмная масса. Субмарину качнуло волной, а в следующий момент страшный лобовой удар в борт сотряс «Орку», опрокидывая её на бок. Кермаса припечатало к переборке, пастор и вовсе приложился грудью о пульт. Один Тимофей усидел на месте, пристёгнутый широким эластичным ремнём.