— А ты думал! — хмыкнул Тимофей. — Хрусть! Чпок! И на дно…

Благополучно обогнув необъятный айсберг, «Орка» заскользила дальше, шаря в потёмках лучами прожекторов.

2 января, 9 часов 45 минут.

Десять часов длился глубокий поиск. Чего только не находили «субмарин-мастера» на уступах подводных скал — и пустые бочки из-под солярки, похожие на цилиндрические кружева, и полные бочки нечистот из гальюнов, гусеницы и остовы вездеходов, якорь с цепью, хвостовое оперение самолёта «Ли-2» и даже бутыль с глицерином, полную и совершенно целую. Но никаких признаков базы 211 не попадалось на глаза.

Экипажи субмарин не стали возвращаться на базу. Дабы не терять времени зря, океанцы с антарктами переночевали прямо на борту — было тепло, но жёстко. Встали часа в четыре, подкрепились горячим какао, глотнули спораминчику и — по местам посадочного расписания.

В десятом часу Сихали, позёвывая от скуки, вёл «Орку» вдоль бугристой береговой кручи, как вдруг заметил интересную особенность — метрах в десяти перед ним зияла тонкая вертикальная расселина, одинаково видимая, что в иллюминаторе, что на экране, а вот локатор упорно показывал глубокий проём.

Тимофей приблизил субмарину к самой скале и лишь тогда распознал оптический обман — пара гигантских утёсов перекрывала друг друга так, что создавалось впечатление ровной цельной стены, а на самом деле имелся зигзагообразный проход, в плане похожий на руну «зиг»… Неужто?..

— Что-то есть… — медленно проговорил Тимофей, боясь спугнуть удачу.

— Что? Что?! — сунулся к нему Помаутук, языком осторожно касаясь разбитой губы. — О, боже…

«Орка-1» плавно вплыла во внешний «портал», огибая левый, ближний утёс и попадая в обширную полость, скрытую от постороннего взгляда. Вдали смутно отсвечивала дальняя скала, выступавшая справа.

— Сцилла и Харибда… — пробормотал Кермас.

Тимофей громко сказал в звукоприёмник:

— «Двойка»! «Трояк»! Спускайтесь…

— Погружение семьдесят пять метров, — откликнулся Харин.

— Нашёл?! — отозвался Шурик.

— Спускайся, сказал…

Субмарины, одна за другой, вплыли в переходную полость и стали огибать слоистую стену «Харибды».