— Вот как?

Я спешил придумать ещё какой-нибудь вопрос, который прояснил бы для меня моё ближайшее будущее. Но, с другой стороны, если мой собеседник предпочитает чего-то недоговаривать, едва ли я сумею вытянуть из него хоть одно лишнее слово. Захотел бы, давно б всё рассказал.

Впрочем, мне ведь чётко и ясно дали понять, что соглашение остаётся в силе. Что обещание будет выполнено, а значит, меня ждёт впереди только хорошее. Ну и отлично. Потерпим и всё увидим своими глазами.

Видимо, чтоб стать полноправным членом здешнего общества, нужно пройти какой-то ещё обряд. Неопасный, но обязательно совершаемый в столице Мониля.

— Давай-ка я облегчу тебе жизнь, — сказал я Жилан, когда куриал ушёл. — В лингвистическом плане. Немного магии — и ты отлично шпрехаешь русский и шпаришь по-монильски.

— Лучше б ты пока не напрягался, — вмешалась айн.

— А что, такая ерунда потребует напряжения?

— Ты разбаловался и охренел! Попробовал бы составить такое вот ерундовое заклинание без моей помощи, я б на тебя посмотрела!

— Я бы тоже, может, хотел бы посмотреть на себя без тебя и твоего вечного присутствия. Но это невозможно. Поэтому давай-ка быстро сбацаем ерундовую магию, и мне больше не придётся напрягаться, вспоминая английские слова.

— Как ты мне надоел, — вздохнула айн и подсунула готовую магическую структуру.

— Так лучше? — уточнил я у Жилан.

— Очень… Необычно.

— Но ты меня понимаешь, я прав?

— Отлично понимаю. Самый приятный способ изучать языки, — рассмеялась девушка.

Она всё равно артикулировала забавно, очень уж не по-русски, но внятно и, пожалуй, мило. Мне нравились азиатки, хотя раньше ни с одной из них не приходилось общаться столь тесно. И хотя Жилан вызывала у меня огромную симпатию, уже сейчас я осознавал, что дальше дружбы с ней никогда не зайду.

А раз так, то можно и в самом деле спокойно взяться за её обучение. Ничто постороннее не помешает ей осваивать трудное искусство чародейства, а мне — оттачивать мастерство учителя.

— Похоже, они боялись, что ты наслушаешься лишнего и сообщишь это лишнее мне. Потому и не взяли на себя труд снабдить тебя подобным заклинанием. А я был не в силах.

— Как поняла, они почему-то опасались тебя?

— Да. Я, видишь ли, ношу в своей душе демона.

— Демона? — Непонимание было в её взгляде, и тут я внезапно испугался, что её оттолкнёт от меня это признание, и каюк всем стройным образам будущего, которые я уже успел себе нарисовать. Фиг его знает, почему мне вдруг показалось таким важным, чтоб она согласилась учиться у меня. — Ты говоришь о повелителе-демоне?