К тому же, как правило, даже оказавшись в подобной незавидной ситуации зарубежного преступника, русские связи с Родиной до конца не теряли, благо преступления, совершенные за пределами Российской империи, в России преступлениями не считались, и прецедентов выдачи кого-нибудь до сих пор не было. Ситуация была Соломину известна из собственного опыта – как-никак, он сам был пиратом. Таких вот преступников русские спецслужбы использовали в своих операциях достаточно часто, да и пятой колонной они, бывало, подрабатывали.

А вообще, конечно, работу дон Мигель проделал воистину титаническую – не зря же он так похудел. Соломин не ожидал, что прибудут представители больше трех-четырех кланов. Жалко только, что даже он сам не знал, кто конкретно решил прибыть для серьезного разговора, и потому сейчас капитан пытался понять, как лучше построить наезд. А потом он плюнул и решил действовать так, как планировал первоначально, то есть жестко и абсолютно без уважения к собеседникам – наглость, как известно, второе счастье и гарантия успеха. Тем более когда за тобой сила, позволяющая ломать оппонентов.

– Благодарю вас, Веики, – вежливо сказал капитан, когда девушка закончила. – А в каком качестве, если не секрет, присутствуете здесь вы? Поверьте, это важно.

Девушка замялась. Соломин понимающе кивнул:

– Господа. У нас предстоит серьезный разговор. Прошу вас отослать тех, кто не будет принимать участие непосредственно в переговорах, иначе потом могут быть неприятные последствия.

– Это какие? – прищурился итальянец.

– Ну, вы можете, конечно, и пристрелить вашу даму, чтоб не болтала. Мне-то все равно, я лицо в любом случае терять не собираюсь.

– Я тоже, – ухмыльнулся итальянец, однако сделал небрежный жест рукой. Сопровождавшие его две женщины и парень, очевидно, исполняющий роль секретаря, были, судя по всему, вышколены отменно. Во всяком случае, они испарились с такой скоростью, будто их и не было. Парой секунд позже его примеру последовали и остальные. Веики была в числе вышедших, и это, с точки зрения Соломина, еще больше запутало ситуацию, потому что раз она не была кем-то серьезным, раз ее статус был низок, то просто НЕ ДОЛЖНА была влезать в разговор. И субординация, и менталитет – все говорило об обратном. Впрочем, это были мелочи, не оказывающие серьезного влияния на дальнейший ход беседы, поэтому капитан решил пока не обращать на несообразности внимания, сосредоточившись на главном.

– Итак, что вы хотите нам сказать такого, из-за чего мы должны так осторожничать? – спросил капитана один из его оппонентов, когда в помещении остались только они. Они – это в смысле десяток мафиози и Соломин с доном Мигелем, который, похоже, начал понимать, во что он вляпался. Соломин с доном Мигелем, правда, тоже были далеко не самыми законопослушными лицами, так что можно было с уверенностью сказать, что собрался в помещении махровый криминалитет.