С другой стороны, русским эта планета была не нужна, им хотелось, чтобы порядок был, желательно вкупе с материальной выгодой для себя. А такой трофей – это куча проблем с неясными перспективами и гарантированными убытками. И что делать? Правильно, подарить кому-нибудь, получив взамен что-нибудь интересное.

Вот и подарили Германии, предоставив спецслужбам «лепшего друга» разгребать получившееся дерьмо. Впрочем, так как немцы славились основательностью и любовью порядку, можно было не сомневаться, что они справятся. Судьба китайцев русских не слишком волновала, хотя сложно было представить, что она могла быть для кого-то завидной – жизненное пространство немцы, как, впрочем, и все остальные, завоевывали только и исключительно для своих людей. Что империя выторговала взамен, Соломин не знал, но даже не сомневался, что внакладе его страна не осталась.

На этом фоне Соломину отводилась очень небольшая роль – спровоцировать официальный конфликт между организованной преступностью и правительством одной маленькой, но очень гордой страны под названием Новый Амстердам. Задачу свою он с блеском выполнил, после чего была приведена в действие вторая часть плана – два корабля расстреливают все, что взлетает, не давая никому убраться с планеты. Ну а потом прибывает миротворческая миссия в количестве двух-трех десятков военных транспортов с солдатами бундесвера и берет планету под свой контроль. Все, шах и мат, и все законно.

А пока идет разборка открытая, будет еще одна – закулисная. Где находятся пиратские базы, известно было абсолютно точно, и возле каждой из них уже накопились скрытно русские боевые корабли. Официально они были арендованы правительством Нового Амстердама, но экипажи даже не меняли – зачем? Задачей этих кораблей было захватить базы, желательно, неповрежденными, что, в общем-то, сложной задачей не выглядело – ну кто, спрашивается, рискнет сопротивляться паре русских крейсеров, которые появились непонятно откуда и навели на вас свои дальнобойные орудия, сами находясь в недосягаемости? Да никто! Вполне закономерный результат – семь трофейных космических станций, плюс уже имеющаяся у Соломина французская база, которые оставалось только перетащить на орбиту Нового Амстердама.

Это условие Соломин обговорил с Петровым особо и, когда тот поразительно легко согласился, капитан даже задумался над тем, что же такого выторговали у немцев? Получалось, немало выиграли, раз почти два десятка кораблей неделю на Соломина бесплатно работать должны были, и это воспринималось как должное. Стало быть, внакладе Российская империя не осталась… Впрочем, кто бы сомневался.