Пожалуй, самым лучшим для Гарцмана было спокойно закончить ужин и не торопясь покинуть заведение. Он так и хотел поступить, есть такая штука – инстинкт самосохранения, и его никто еще не отменял. Однако вмешался случай в лице переполненного мочевого пузыря, что, в свою очередь, вызвало экстренную необходимость посетить туалет. Что Гарцман и сделал – против физиологии не попрешь. Ну а когда он вернулся, то обнаружил, что его спутник за столом отсутствует. Поискав его глазами, Гарцман обнаружил парня за соседним столиком, беседующим с человеком в русской военной форме.

Возможно, Мойша встал бы да ушел – это было разумным, однако взыграла банальная ревность. Добро еще, если бы любовника отбил у него другой мужчина – проиграть равному не так и позорно. Но это была женщина! Грязное, неполноценное существо!

Первой реакцией Гарцмана было оттаскать нахалку за волосы. Вот только он почти сразу сообразил, чем это кончится. Единственная здесь женщина в военной форме была заметно ниже ростом и тоньше в кости, чем мужчины, но при этом отнюдь не выглядела слабой. Да и пластика ее движений даже такому далекому от спорта вообще и рукопашного боя в частности «человеку», как Гарцман, говорила о том, что она неплохо подготовлена. По всему выходило, что, как только старый педик схватит ее за волосы, то его собственное лицо вполне может оказаться хорошенько обработано, и отнюдь не лосьонами. Боли же Гарцман не любил. Разве что в постели, под настроение…

К тому же, его напрягало присутствие других русских. Он ведь прекрасно понимал, что они в стороне не останутся и ребра ему пересчитают быстро и качественно, может, даже и до смерти. Он ведь для них не человек – так, животное, пришибут и пойдут дальше, даже отвечать не будут. В общем, Гарцману было страшно, но ревность затмевала сознание. При этом в его куцые мозги даже не смогла пробиться мысль о том, что ревновать-то, в общем, и не к чему и что женщина может просто разговаривать с человеком на какие-то отвлеченные, левые темы. Вокруг нее вон прямо сейчас два десятка русских мужчин, и она соблазнилась плюгавым греком? Смешно. Однако Гарцман этого не понял – ведь человек понимает только то, что хочет понять.

Под руку оскорбленного в лучших чувствах «поэта» попал нож. Гарцман сжал его в потной руке и тут же понял, что это глупо – столовым ножом зарезать кого-либо достаточно проблематично. А вот двузубая вилка с очень длинными и тонкими, острыми, похожими на иглы зубьями пришлась как нельзя более кстати. Осторожно, будто боясь обжечься, Гарцман взял ее и, поднявшись, осторожно двинулся к женщине. Со стороны попытка человека, не умеющего подкрадываться незаметно, да вдобавок скрывая в руке оружие, приблизиться к кому-либо выглядела, наверное, комично, однако она удалась. Русские были настолько уверены в собственной безопасности, что просто не обратили внимания на эту клоунаду. На профессионала, как бы он ни старался скрыть свои намерения, возможно, кое-кто из них и отреагировал бы, но туша жира с опасностью не ассоциировалась абсолютно. В общем, приблизиться Гарцману удалось.