— Любой, даже дорсаец, любое живое существо обладает собственной философией — стебель травы, птица, младенец. Философия индивидуума — необходимая вещь, краеугольный камень, по которому мы оцениваем наше собственное существование. Кроме того, вы лишь отчасти дорсаец. Что говорит ваша другая часть?

Донал нахмурился.

— Я не уверен, что моя другая часть вообще что-либо говорит. Я солдат. Наемник. У меня есть работа, и я намерен выполнять ее — всегда — самым лучшим образом, на какой только способен.

— Но все же помимо этого… — настаивал Сэйона.

— Что ж, помимо, этого… — Донал замолчал, все еще хмурясь, — Полагаю, я хочу, чтобы все шло хорошо.

— Вы сказали, что хотите, чтобы все шло хорошо, а не предпочитаете, чтобы все шло хорошо. — Сэйона внимательно смотрел на него. — Есть разница?

— Хочу? О. — Донал рассмеялся, — Полагаю, я просто обмолвился. Я имел в виду — я хочу сделать так, чтобы все шло хорошо.

— Да, — произнес Сэйона, но по его тону Донал не мог понять, согласен он с ним или нет, — Вы человек действия, не так ли?

— Кому-то надо им быть, — пожал плечами Донал. — Взять, скажем, цивилизованные миры… — Он внезапно осекся.

— Продолжайте, — кивнул Сэйона.

— Я хотел сказать — взять, к примеру, цивилизацию. Подумайте о том, как мало прошло времени с тех пор, как первый воздушный шар на Земле поднялся в воздух. Четыреста лет? Пятьсот? Что-то около этого. И посмотрите, как мы с тех пор распространились и вместе с тем как разошлись наши пути.

— И что из этого следует?

— Мне это не нравится, — пояснил Донал. — Помимо того что это неэффективно, это еще и кажется мне нездоровым. В чем смысл технологического прогресса, если мы просто разделились на множество групп, каждая из которых живет по-своему, находя себе некую собственную цель? Это нельзя назвать прогрессом.

— Вы верите в прогресс?

Донал посмотрел на него:

— А вы?

— Полагаю, да, — ответил Сэйона. — В определенный тип прогресса. В мою разновидность прогресса. А какова ваша?

Донал улыбнулся:

— Вы хотите это услышать, не так ли? Вы правы. Мне кажется, у меня все-таки есть своя философия. Хотите о ней услышать?

— Пожалуйста, — произнес Сэйона.