— Журналист! — заорал я, — Я журналист! Я не военный!

— Да вижу я, что ты проклятый журналист! — раздался негромкий, напряженный от злобы голос. — Давайте сюда быстро, оба, и придержите ваши рты на замке!

Я помог Дэйву подняться, и мы, спотыкаясь, полуослепшие, направились вперед, на голос. Через двадцать шагов я оказался за стволом огромной, восьми футов в обхвате желтой березы, лицом к лицу с уже знакомым мне кассиданским взводным.

— Это опять вы! — воскликнули мы одновременно. Но последующие наши реакции различались. Потому что он начал мне объяснять хриплым от ярости голосом, что именно он думает обо мне и о других штафирках вроде меня, которые попусту болтаются между боевыми позициями на линии фронта.

Тем временем я, почти не обращая внимания на его слова, постарался использовать эти секунды на то, чтобы собраться с мыслями. Наконец запас его ругательств иссяк.

— Все дело в том, — угрюмо завершил он, — что я за вас отвечаю. И что же мне с вами теперь делать?

— Ничего, — ответил я, — Мы находимся здесь по собственному желанию, чтобы наблюдать за ходом военных действий, и весь риск, вся ответственность лежит на нас самих. Укажите, где бы мы могли расположиться так, чтобы не путаться у вас под ногами, и больше мы вас не побеспокоим.

— Уж будьте уверены! — кисло произнес он. Но это были всего лишь последние искорки его дотлевавшего гнева. — Хорошо. Вон там. Устраивайтесь позади наших парней, между теми двумя большими деревьями. И что бы ни случилось, оставайтесь на месте.

— Хорошо, — ответил я. — Но прежде чем мы уйдем, не могли бы вы ответить еще на один вопрос? Что вы собираетесь делать на этом холме?

— Удерживать его! — произнес он. И посмотрел на меня так, словно хотел сплюнуть, чтобы избавиться от привкуса только что произнесенных слов.

— Удерживать? — Я уставился на него, — Но вы не сможете удержать позицию с таким количеством солдат, если квакеры перейдут в наступление! — Я подождал, но он продолжал молчать, — Или сможете?

— Нет, — ответил он. И на этот раз сплюнул, — Но попытаемся. Советую положить вашу куртку там, где черные шлемы смогут заметить ее, когда начнут атаковать.

Он повернулся к одному из солдат.

— Свяжись со штабом, — услышал я его слова. — Сообщи им, что у нас здесь парочка журналистов!

Я записал его имя, номер подразделения и имена людей его взвода. Затем я провел Дэйва к месту, которое указал взводный, и мы начали окапываться точно так же, как и солдаты вокруг нас. Не забыл я и про свою куртку, как было приказано.

Мы довольно быстро закончили обустройство, и теперь нам была отлично видна панорама покрытого лесом склона и начинающегося на западе у далекого зеленого горизонта широкого поля, за которым под прикрытием леса, очевидно, и находились акустические орудия квакеров, от которых мы с Дэйвом незадолго до этого бежали.