— Для такого дела найдет, — граф де Сен-Клер — высокий красивый парень лет двадцати, кареглазый, с черными, как смоль, волосами, смеялся, по всей видимости, нисколечко не сомневаясь в кредитоспособности своей возлюбленной. — Пару лошадей продаст, да доспехи, да кое-что из оружия. Дело наживное!

Он любил петь, этот нормандец, аккомпанировал себе на лютне, которую приобрел уже здесь, в Пскове, у рижских или ревельских купцов. А боярин Нечай любил слушать не только птиц, но и песни, которых граф знал великое множество:

— Славно, славно, — боярин Нечай едва успевал мигать слугам, чтоб подливали бражки. — Вы настоящий миннезингер, господин де Сен-Клер!

— У нас их зовут трубадурами. Впрочем, этот сонет сочинил не я, а Вальтер фон дер Фогельвейде.

— А свое что-нибудь спойте, Анри! Ну, я вас прошу!

— Лучше расскажите о том, как встретили вашу озерную нимфу?

Ратников, как обычно, сидел тут же, рядом, по левую руку от графа… точнее сказать — от младшего сына графа.

— А что за нимфа? — Нечай Анкудинович оторвался от бражки и заинтересованно посмотрел на рыцаря.

— О, это очень романтическая история, — усмехнулся тот. — Неужели не слыхали?

— Да откуда же, граф?

— Что ж, извольте же, расскажу, — де Сен-Клер выглядел явно довольным, видать, нравилось ему рассказывать всем эту историю, особенно — свежим слушателям.

— Это случилось летом, в июле, когда жаркое солнце сверкало в нежно-палевом небе и пряно пахло травами, и сладким розовым клевером, а в кустах боярышника весело щебетали птицы.

— Какие птицы, сир? — воспользовавшись паузой, тут же поинтересовался боярин. — Соловей или, может, малиновка? А еще неплохо поют жаворонки…

— Не знаю, что и сказать! — Сен-Клер озадаченно хлопнул глазами. — Как-то не приходило в голову — какие именно птицы? Птицы и птицы… В общем, пели.

— Продолжайте, продолжайте, любезнейший граф, — махнул рукой Нечай Анкудинович. — Время есть — я только что отправил слугу за вином. Пока принесет… Ну? Что там дальше-то было с нимфой?

— Пели птицы, — устремив затуманившийся взгляд куда-то в сторону, продолжал нормандец, — я с небольшим отрядом свернул на лесную дорожку, к бургу. Было жарко и пот застилал глаза, а поднятая копытами коней пыль висела, словно облако. Утомленные, мы решили сделать короткий привал. Пока кнехты поили лошадей в ближайшем ручье, я прогулялся по округе, любуясь цветами и бабочками, что порхали над зеленой травой. И тут же, рядом, увидел озеро… Оставив на берегу одежду, я погрузился в прохладные воды… и вдруг… я даже сначала не понял, что случилось? Какой-то странный звук… бумм! Брызги! И девичий крик… И вот она, озерная нимфа — красивая, как тысячи солнц — упала в мои объятья прямо с неба!