Впрочем, первым проблемы нашли, все-таки, его, причем, не абы какие, а высшей категории по шкале бед: в трех метрах перед ним материализовался Сарк. Инстинктивный магический удар раненого престола изменник отразил без особого труда и нанес ответный. Пожалуй, будь Сарк-Сокрытый в оптимальной форме, тут бы Влодмиру и смерть пришла. Но даже для столь серьезной сущности, как часть личности Демиурга, такие фокусы с пространством, которые он только что проделал, даром не прошли: Силы на это он, все-таки, потратил изрядно. В результате престол успел поставить щит и частично погасил силу удара. Влодмир упал, стоически сдержав вопль от вспышки чудовищной боли в боку и отчетливо сознавая, что следующего удара ему не пережить. Похоже, в том же был уверен и его враг, так как чуть-чуть помедлил перед атакой, то ли желая насладиться отчаянием престола, то ли готовясь ударить наверняка…

И в этот миг произошло еще одно чудо, на которые сей безумный день оказался удивительно щедр. Рядом с Влодмиром материализовался какой-то криг, кастовую принадлежность которого престол определить не успел. Незнакомец атаковал Сарка «дланью разрушения», и тот вынужден был закрыться наспех созданным «радужным щитом», подарив тем самым Влодмиру и его неожиданному защитнику пару секунд передышки. Этих секунд им хватило с лихвой: криг схватил анхора за руку, и они оба исчезли из коридора Апостольского дворца.

* * * *

У принципа Савла было такое ощущение, что здание содрогается в эпилептическом припадке. Казалось, стонет и вибрирует само пространство. Сзади доносились гулкие и тяжкие удары могучих боевых заклятий. Против всякой логики, принцип почему-то подумал о людях, которых мощный ментальный посыл анхоров держал в своих комнатах. Только бы он продержался как можно дольше, не выпуская их в коридоры! Они и сейчас-то, наверное, с ума сходят от страха и тревоги, а так поднимется суматоха, паника, давка… Да еще и увидят много лишнего, с чем потом тоже придется что-то делать… Как будто и так проблем недостаточно. С другой стороны, лучше бы их (людей) тут вообще не было. И по соображениям секретности, и с точки зрения количества потенциальных жертв, если, паче чаяния, Апостольский дворец все же рухнет.

Не о том он думает, совсем не о том! Об Осколке надо думать, о престоле Влодмире, о себе, наконец, а вовсе не о смертных. Осколков вот всего три осталось. Три куска металла с чудовищным магическим наполнением, стоящие между Вселенной и величайшей катастрофой. А смертных… их вон сколько — целый мир битком набит, задыхается от перенаселения. Мир, который, кстати, вполне может прекратить свое существование, если, в частности, он, Савл, провалит здесь свою миссию. А это запросто может случиться, коль скоро он станет думать о посторонних вещах…