Воистину – безумие! Надо же! Он пилотирует пространственный истребитель в километре над поверхностью планеты без приоритетного контроля автопилота! Помнится, немногие асы в незабвенном «Трансвакууме» могли обычный шаттл вручную посадить. А тут – самая настоящая боевая машина! Мир точно сошел с ума.

Временами на Стаса накатывало ощущение, что все это происходит не наяву. Может, он сейчас на копях Харона? Валяется на своей шконке и видит красочный, извращенно-фантастический сон? Рядом Поребрик подтрунивает над Левой Чокнутым с верхнего яруса. А что, пожалуй…

В такие моменты окружающая картинка становилась логичной и простой. И можно было не думать о том, какой кошмар творится вокруг.

«Стас, Калнадор, приступить к зачистке аэродромов на прилегающей к месту посадки территории, — скомандовал Тюльпин. — Марек, со своим звеном следуйте за мной. Будем обрабатывать ракетные шахты. Сбор у транспорта через двадцать минут. Живо, мазутики, живо! Не на трене штаны полируете!»

Истребитель командира мелькнул опаленным боком и с ревом исчез в низких зимних тучах, оставив в воздухе мерцающий след от гравимагнитников. Где-то южнее раздались завывания движков тройки Марека. Несколько раз раскатисто грохотнуло: «Янусы» преодолели сверхзвуковой барьер.

Нужный легким движением пальца по одному из нейросенсоров, встроенных в штурвал, увеличил тягу маршевых. В силовом отсеке на носу корабля раздалось довольное урчание нагнетателей и компрессоров. Машина плавно двинулась вперед и, чуть приподняв корму, стала набирать скорость. Следом, будто привязанный, полетел «дерьмовоз» Калнадора.

Стас с легкой завистью поглядел на четкие кривые курса своего напарника. Чистый, оптимальный расчет – и заслуга в том не только бортового компа, но и человека. Уроженцы холодного Марса умели пилотировать получше выходцев с комфортабельной Земли – это Нужный подметил, еще работая в «Трансвакууме». Что-то у них в организме было этакое… Кажется, Илья Шато это называл «ген от неба».

Заснеженные поля проносились внизу с головокружительной быстротой. Все-таки в космосе нет настоящего ощущения полета – там пустота, отсутствуют ориентиры и привязки, относительно которых можно всей кожей прочувствовать реальную скорость. А вот здесь, над поверхностью, сразу становилось ясно, какой стремительностью обладают тупоносые «Янусы».

За бортом слышался гул рассекаемого воздуха. Истребитель шел на трех Махах, и пейзаж сливался в сплошное белесое полотно с пятнами деревушек и нитками трасс. Пару раз на радарах появлялись самолеты противника, но они не рисковали приближаться, ибо уже уяснили, что «дерьмовозы» – неблагодарные соперники в честном воздушном бою.