Самуэль в отчаянии принялся выискивать в себе те достоинства, что способны убеждать трамвайных магнатов выдавать за него своих дочерей. В памяти всплыл факт биографии, о котором он, как правило, не помнил, и касался этот факт его родословной. Молодой волк происходил из аристократической семьи со славным прошлым, и этим вполне можно было бы гордиться, если бы не позорное настоящее и невнятное будущее. До краха семью довел прадед Самуэля, граф Самуэлльский, пустивший по ветру все накопленное предыдущими поколениями состояние и залезший в такие долги, что погасить их можно было бы, только продав что-нибудь очень большое. Например, Градбург.

Самуэль же приходился тому графу младшим сыном младшего внука, и от того немногого, что еще сохранялось за его семейством, ему достались трость, фрак и цилиндр. Как тут не вспомнить сказку о Коте-В-Сапогах, который тоже был младшим сыном и поэтому получил в наследство лишь пару сапог и ручного таракана. Таракан оказался насекомым хитрым и быстро сделал своего хозяина богатым. В отличие от сказочного кота, Самуэлю достались не сапоги, а фрак, и не таракан, а богомол, но на то, что Чарли сделает его богатым, надеяться не приходилось. Такова суровая реальность, жизнь непохожа на сказку.

Но, может, господин Карапоза пожелает женить свою дочь на Самуэле, чтобы получить то, что там у него осталось от титула? Скажем, половину буквы «ф» от слова «граф»? Разбогатевшие простозверины, как известно, только и мечтают о том, чтобы заделаться аристократами и получить пропуск в Самое Высокое Общество.

Самуэль серьезно обдумал эту идею со всех сторон, и со всех сторон она его расстроила. Во-первых, Карапоза запросто может купить себе любой титул, какой пожелает. И даже два. И еще один про запас. (Впоследствии магнат так и сделал и стал именоваться Его Сиятельством графом бароном виконтом де Карапоза.) Во-вторых, Самуэль олицетворял собой неудачников, у которых было все и не стало ничего. В то время как сам Карапоза являл собой обратный пример – из грязи в трамвайные и очень богатые князи. Противоположность карьерных направлений вряд ли сослужит пляжному фотографу хорошую службу. Им с Карапозой явно не по пути.

Самуэль чуть было не пал духом окончательно, но в последний момент передумал. «Надо что-то делать!» – решил он и даже сообразил, что именно. Старый, испытанный способ понравиться и девушке, и ее папе, способ, знакомый всем еще со школы: на возлюбленную нападают хулиганы, и герой ее спасает. Правда, в данном случае Самуэль решил несколько изменить сценарий, чтобы максимально затронуть и интересы господина Карапозы.