– Ты хочешь сказать, что я плохой босс?

Шутки кончились, но мне уже было плевать. Бросить в лицо Келлзу эти слова оказалось приятно. Я слишком многое пережил за эти семь лет, не говоря о последних семи днях, чтобы и дальше играть в игрушки.

– Я хочу сказать, что ты напрасно не отнесся серьезно к тому, что я уже говорил. Я сразу сказал, что Никко идет напролом, но ты захотел интриг. Теперь доволен?

И я обвел рукой комнату.

– Постойте, – повторила фигура за спиной Келлза.

– А ты бы что сделал? – вопросил Келлз.

– Откуда мне знать? – вспылил я. – Я был слишком занят разборками с Белыми Кушаками, наемными убийцами и быками Никко, чтобы заниматься тактикой. К тому же я только Нос – мое дело слушать и докладывать. Ангелы упаси, если я приобрету четкое…

– Постойте же!

Слово прозвучало из-под клобука, как из пещерных глубин. Мы с Келлзом умолкли и посмотрели на человека в плаще. Тот указал на меня.

– Ты упомянул «проклятый дневник».

Он перешел на прежний тон, черный, как кофе.

– И что?

– Кто тебе сказал, что это дневник?

Проклятье!

– Что?

– Все говорили – книга. И только ты назвал это дневником.

Я пялился на него.

– Он у тебя, правда? – сказала тень.

Я поглядел на Келлза. Тот смотрел на меня пристально, не отрываясь. И мне показалось, что он едва заметно покачал головой. Я еле засек на расстоянии шага.

Я снова посмотрел на тень в плаще.