Так или иначе, демоны не вставали на пути Владыки Асгарда, пока стоял его высокий трон. А обойти мириады мириад миров сущего не под силу, наверное, даже великому Орлангуру. Недаром же Дух Познания и прибегает к аватарам.

Демоны, при чём они здесь? Почему они с такой настойчивостью подбирались к древним богам, особенно когда те погибали? С какой целью? Во всяком случае, за прошедшие с того времени века и тысячелетия эти самые демоны не добились ничего, достойного упоминания. Даже на пути наёмной воительницы Райны они попадались считаные разы – не больше сотни. Если сравнить с числом истреблённых ею малефиков, в том числе и на службе в Долине Магов, – ничтожно мало.

Нельзя и сказать, что эти демоны являли собой каких-то особенно жутких или грозных противников. Против них действенны оказывались и магия, и сталь. Так почему же эти видения здесь, на самой окраине, на самой границе мира живых и мира духов, появляются с такой настойчивостью, с таким постоянством?

– Мы почти на месте, великий бог. Но ещё не поздно повернуть назад. – В голосе Скьёльда звучало почти что отчаяние.

– Не трусь, маг, – покровительственно бросил Владыка Асгарда. – Мне достаточно лишь взглянуть одним глазом.

– Вели своему волку остаться позади, – почти взмолился волшебник. – Он нас точно выдаст! Второго такого создания нет во всём Упорядоченном!

– Ну и что? – пожал плечами О́дин. – Мы же не делаем ничего дурного. В конце концов Фенрир – сын моего названого младшего брата. Кому ж, как не мне, позаботиться о нём, после всех этих лет?

– Добром это не кончится, – вздохнул Скьёльд. – Но будь по-твоему, великий бог. Видишь эту складку?

Впереди твердь Межреальности и впрямь вздымалась острым ножом, складкой ткани, небрежно брошенной чьей-то исполинской рукой. Она колебалась, колыхалась, над ней что-то дрожало, словно воздух летним полднем над раскалёнными камнями.

– За ней начинается преддверие. Слуги Познавшего Тьму там.

О́дин молча кивнул, тронул поводья Слейпнира. Жеребец виновато опустил голову, не в силах оторваться от тропы.

– Слишком далеко от истинного мира, чтобы наша магия работала бы, как полагается, – заметил Яргохор.

– И как туда добираться, маг?

– Я открою путь. – Пот стекал с чародея уже ручьями.

О́дин недоверчиво покачал было головой, но у Скьёльда слова не расходились с делом. Под ногами пространство словно сгущалось, незримая тропа повела вверх, к гребню складки.

– Остановитесь здесь, великий бог, умоляю. – Кажется, он и в самом деле испуган, Скьёльд, сын Скримира. – Здесь повсюду дозорные чары, нас заметят, нас атакуют!