– Эта магия мне тоже нравится, – сообщил афроорк и шагнул внутрь.

Его появление вызвало немедленную реакцию. Вспыхнули сотни световых кристаллов на уходящих ввысь колоннах. Откуда-то полилась приятная тихая музыка, сотканная из шепота ветра. Наибольшее количество лампионов было сосредоточено вокруг грандиозной каменной чаши, что покоилась на основании в виде ступенчатой пирамиды, опутанной цепью. Потолок над чашей отсутствовал. С каменных «небес» в углубление, где без проблем разместилась бы транспортная черепаха с прицепом, падали капли. Водное зеркало лежало вровень с краями, но влага наружу не выливалась.

Истомившиеся гоблины бросились пить и наполнять фляги. Скоро их радостные возгласы сообщили, что вода оказалась отменной.

Федор пока не спешил к сакральному источнику. Он озирался и прислушивался – не приближается ли какая-либо опасность? Он и впрямь чувствовал тревогу. Музыка стала казаться ему не умиротворяющей, а грозной. Свет кристаллов как будто окрасился недобрым багрянцем. Тени в отдаленных углах колыхались, а в воздухе ощущался слабый запах тлена.

Куда менее чувствительный Зак, впрочем, тоже пренебрег жаждой. Первым делом он бросился осматривать храм на предмет дорогостоящей утвари либо богатых приношений. Комдив метался среди высоких колонн, покрытых прихотливой резьбой, запрыгивал на алтари, опрокидывал скамьи и простукивал стены. К его огромному разочарованию, вся утварь была изготовлена из красивых, но малоценных камней – нефрита, жадеита, бирюзы. Да и забрать с собой ее не получилось бы. Чольссинские мастера явно страдали гигантоманией. Самая скромная статуэтка Мауззкила в детстве, того самого мускулистого младенца со скорпионами, была высотой в человеческий рост. Самый легкий кубок из оникса весил килограммов пятьдесят. Декоративной цепью из посеребренной бронзы, что опутывала основание чаши, можно было надежно сковать дракона – каждое звено у нее было диаметром с тележное колесо.

– Shit! – выругался афроорк, вернувшись с пустыми руками. – Ничего полезного. Наверно, до нас разграбили.

– Тогда двинули в лагерь? – предложил Федор. – Воды мы уже набрали…

– Ни за что, камрад! – оборвал его Зак. – В самой дальней стене есть дверь. Была замаскирована каким-то комодом. Опрокинул его, чтоб долго не копаться, а там – ниша! В глубине медная дверца. Ведет в подземелье, уверен! Наверняка главные сокровища там.

– Это вход в усыпальницу, где сотни лет хоронили правителей и главных жрецов, – прошелестел под сводами храма бесплотный голос. – Погребальные костюмы в Подтеменье немыслимы без золота и драгоценных камней…