Кирилл едва поверил своим глазам. На миг абсолютная чернота космоса стала еще темнее. Кусок пространства стал средоточием мрака, глубоким, бесконечным, зацикленным на самом себе. Тьма растаяла, словно сняли мазутную пленку, под которой оказалось космическое судно. Корабль вынырнул так близко, что Кирилл непроизвольно отпрянул от экрана.

Грузовик, на фоне которого «Гиппократ-м77» выглядел двухместной капсулой, сплошной чередой отправлял позывные: «Грузовой транспортер «Сизиф» подвергся нападению. Координаты α-1990, β-0810, γ-001006». «Грузовой транспортер «Сизиф» подвергся нападению. Координаты…» и так десятки раз, на всех диапазонах во всех направлениях.

По мнению Громова, электромагнитные сообщения найдут адресата не раньше, чем через двадцать лет. А за это время они уж как-нибудь захватят грузовик. Позывные заглохли спустя минуту. То ли экипаж понял бессмысленность криков о помощи, то ли пираты сломали последнюю защиту управляющего компьютера.

Кирилл, родившийся на планете-шахте Spes, знал, каким трудом добывались полезные ископаемые, снаряжались полеты и сколько людей из-за нападения останется если не без хлеба, то уж без масла точно. Громов представил себе трюмы «Сизифа», забитые сотнями тонн платины, иридия, гелия-3. «Еще десяток-другой таких нападений, и на борту каждого грузовика будет целая рота бойцов», – подумал Кирилл. Некоторые владельцы крупных месторождений так и делали, но большинство по-прежнему предпочитали риск и крупную выручку, нежели довольствоваться крохами, оставшимися после выплаты гонорара полусотне бойцов-космолетчиков.

Правительство всех планет Союза трех систем посылало обманные рейды, надеясь найти путь на базу разбойников. Но пока главным успехом было уничтожение пиратского флота в десяток кораблей.

Корабль несся на «Гиппократ» с угрожающей скоростью. «Сейчас мы и без истребителей превратимся в космический мусор», – подумал Громов и задержал руку над панелью, готовый в любой миг отшвырнуть «Гиппократ» от «Сизифа», включив на полную мощь корректировочный двигатель. «Уснули они там что ли?» – разозлился Кирилл.

«Сизиф» чуть повернулся и включил тормоза. Громов убрал руку и стал наблюдать, как стыковочные манипуляторы притягивают корабли друг к другу. Выглядело это так, словно мать прижимала младенца к груди.

Экраны показывали лишь те помещения, где были люди. В рубке собрались два человека: капитан и бортинженер. Врач возился в каюте по соседству.

«От этих видеокамер для мирных космонавтов больше вреда, чем пользы, – подумал Кирилл. – Если еще когда-нибудь придется выступать на конференции, буду защищать доклад об их отмене».