– В общем так, – без особого оптимизма говорил Кронус. – Первая волна «мяса» уже собрана и «накачана» на нападение.
– И на кого же она «накачана», эта волна? – спросил Книжник, хотя сам почти наверняка знал ответ. У этих озлобленных изгнанников Бункера только один враг.
Кремль.
– Мне не докладывают, куда именно отправляют войско, – ровно сказал Кронус. Он с самого начала выбрал наиболее выгодную для себя позицию – нейтралитет. Логично, учитывая зыбкие шансы пришельцев на успех. – Но вы можете все узнать на КП.
– На командном пункте? – уточнил Зигфрид.
– Технически – да. Фактически там у них… – кио замялся. – Даже не знаю, как назвать это место.
– Ладно, посмотрим, – сказал Зигфрид. – Действовать тогда будем так…
Семинарист всегда был уверен, что нет ничего глупее, чем распылять силы в трудной ситуации, тем более тогда, когда и делить-то нечего. Вест посчитал иначе. Книжник вместе с Мехом и Кронусом должны были взять под контроль ни много, ни мало – всю РЛС с вычислительным комплексом и органами дистанционного контроля и воздействия. Благо, стараниями трудолюбивого кио все это располагалось теперь в одном блоке.
Зигфрид взялся оттянуть на себя основные силы противника. Но Книжник прекрасно понимал, что стоит за этой сухой формулировкой.
Воин отправлялся вершить месть.
Ту самую, которую жрут охлажденной, предварительно обмакнув в кровь и слезы жертвы.
Дальнейшее Книжник помнил чередой картинок, будто его жизненное «кино» вдруг превратилось в условный, немногословный «комикс».
Зигфрид говорил отрывисто и быстро, отдавая максимально доходчивые команды:
– Значит, так. Я направляюсь на КП. Путь туда займет минут десять…
– Пятнадцать, – поправил кио.
– Ладно, пятнадцать. Этого времени вам должно хватить, чтобы добраться до бокса систем управления. Дальше нужно отвлечь внимание истов. Это я беру на себя.
– Как мы узнаем, что ты начал действовать?
– Услышите, – заверил Зигфрид. – После этого у вас будет совсем мало времени, чтобы остановить это чертово «мясо». Оно не должно выдвинуться к Кремлю. Лучше всего – вывести из строя все системы контроля над разумом, так, чтобы их невозможно было восстановить.
– Кнуд не простит мне этого, – тихо сказал Кронус.
Лицо воина почернело, изрезанное вертикальными морщинами, облик его стал страшен.