Трясясь внутри машины, Стим с удовольствием вертел перископом, стараясь не упустить ни единой детали. Его несколько смущало полное отсутствие жизни вокруг, а когда он увидел вблизи окраины города и его пустые дома, тревога холодной рукой сжала сердце. Было глупо испытывать страх находясь в безопасном месте на высокой орбите, но эффект полного присутствия был слишком велик. Остальные пассажиры машины, были слишком заняты анализом полученной разведывательной информацией, чтобы тратить впустую время, любуясь кроваво-красным закатом на горизонте. С орбиты остров Айленд выглядел небольшим кусочком суши на фоне бескрайних просторов зелёного океана, а вблизи оказался не таким уж и маленьким со сложной топографией местности. Юноша постепенно начинал ориентироваться посреди бескрайних просторов, к которым по старой привычке питал стойкую неприязнь и страх. Большие пространства угнетали, заставляя инстинктивно искать укрытие. Возможно, в будущем это пройдёт, но сейчас ему было не по себе. На Багхаре были леса, заслонявшие собой небо, где он не чувствовал себя словно голым, но здесь на острове, где почти не было лесов, одни лишь холмы и поля, старая фобия принялась мучить его с новой силой. Изредка юноша вместе с остальными инженерами возвращался обратно в реальные тела, для того чтобы принять еду и немного отдохнуть. За это время дроны подзаряжались и вели разведку в пассивном режиме.

Так, в очередной раз, вернувшись в тело дрона, Стим не сразу понял что происходит. Окружающее пространство было перевёрнуто вверх тормашками, тела дронов громоздились друг на друге, а водитель-человек исчез бесследно. Вся кабина была забрызгана ещё не засохшей кровью, а машина, судя по скребущим звукам, скользила на крыше с горы со всё ещё работающим вхолостую двигателем. Медленно приходящие в себя дроны стали озираться, поспешно продвигаясь к выходу из десантного отсека. Было и так ясно, что пока операторы были отключены от дронов, произошло нападение, и сейчас они заперты внутри стальной коробки. Через верхние люки было выбраться невозможно, а десантные створки заклинило. Пришлось объединить усилия и сообща вырезать лазерными лучами в боку машины отверстие. Снаружи царила непроглядная ночь, нарушаемая яркими трассами и вспышками взрывов. Напавших было не разглядеть, а вот обороняющихся людей в свете ярких прожекторов бронемашин очень даже хорошо. Выстроив машины полукругом, наёмники с трудом отбивали одну атаку за другой.

Увеличив обзор с помощью бинокулярного ночного зрения, Стим невольно вздрогнул, рассмотрев тепловые контуры врагов. Было от чего покрыться гусиной кожей. Укреплённый лагерь наёмников с неистовством берсеркеров ожесточённо атаковали орды невероятно уродливых созданий. Эти чудовища были невероятно живучи и даже, будучи с отстрелянными конечностями с упорством, которому можно позавидовать, продолжали карабкаться вверх по импровизированной баррикаде. Огненные лучи испепеляли их десятками, возможно, что и сотнями, но тысячи новых приходили на смену павшим. Словно полноводная река, вышедшая из берегов, лавина этой мерзости сметала всё на своём пути, пока не захлестнула кучку обороняющихся и не принялась пировать на их поверженных телах. Но самое ужасное случилось после. Каждый человек или веганец погибший в бою пополнил ряды мерзких отродий, став одним из них. Стим с ужасом и содроганием наблюдал, как тела наёмников прямо на глазах видоизменяются и проходят стадию метаморфоз, искажающих их первоначальные черты.