Разочарованно вздохнув, Ромка осмотрел окрестности. Не заметив ничего такого, на что стоило бы обратить внимание, парень взглянул вверх. Звезд не было видно.

«Хоть бы луна показалась из-за туч, — подумал юноша, — и то веселее стало бы. И освещение какое-никакое… а вот мама говорила, что люди раньше могли до луны долетать и по ней ходили… чудно как-то это, невозможно представить… да, мама говорила… мама… мама… мама…»

Ромка вновь ощутил, как погружается в убаюкивающие воды сладостной дремы. Он опять увидел женщину с худым, усталым, но таким прекрасным лицом.

― Кушай, кушай, маленький, — говорит она, с нежностью касаясь его виска.

Прикосновение обожгло Ромку, и он отшатнулся, толкнув напарника.

― Да что же это! — с досадой проговорил парень. — Паш… то есть Павел, сын Александра, извини, я не специально.

Вместо ответа из-за спины донеслось невнятное прерывистое ворчание.

― Паша? — в голосе Ромки послышалось недоумение, он повернулся и увидел напарника, обнимающего столб, который поддерживал крышу колокольни.

Автомат образцового солдата лежал на полу, а сам Павел противоестественно дергал головой.

― Ты спишь, что ли?.. Ты… на посту заснул? — Ромка не мог поверить глазам.

Напарник не обратил никакого внимания на упрек младшего товарища, продолжая свою странную тряску.

― Сестренка, — бормотал он, — а ты совсем не выросла… такая же, как и была…

― Паша, — в ужасе воскликнул Ромка, схватив товарища за плечо, — я же говорил тебе, не смотри на море, говорил же я… Паша… очнись, Паша…

Краем глаза Ромка заметил движение: мужчина, осторожно переставляя ноги бесшумно двигался по крыше трапезной. Юноша, мгновенно вспотел, сердце отчаянно забилось. Вскинув автомат, он повернулся и навел оружие на незнакомца. Однако в этот момент на крыше оказалась худая женщина в длинном платье и косынке. До боли знакомая женщина.

― Мама… — шепнул ошарашенный Ромка.

― Привет, Ромашка, — ласково произнесла она, улыбнувшись. — Ты стал таким большим.

Пальцы парня задрожали, а на глаза навернулись слезы.

― Но… как… — язык юноши онемел и перестал слушаться, — как… ты… же…

― Умерла? Это ты хотел сказать?

― Ты наваждение из Моря Погибели, — выдавил из себя Ромка. — Не подходи ко мне. Не подходи…