– Мы в долгу перед вами. Чего бы вы хотели? – спросил майор.

– Я хотела бы выйти на поверхность, я видела оранжерею под открытым небом. Это возможно?

– Конечно, – ни с кем не советуясь, принял решение майор. – К сожалению, я не смогу вам составить компанию, но, думаю, вам не будет одиноко. Ева, вызови Ногша. И, прошу вас, не разговаривайте с посторонними людьми. Не нужно привлекать внимания к себе.

– Хорошо, – согласилась Файра.

Она понимала, для чего это сказано, и поддерживала такой подход. Их диалог проходил деловым тоном, от которого не шло и десятой доли тепла, которое было между ними, когда они разговаривали у бассейна, но женским чутьём она понимала, что это спектакль для сидящих за столом людей.

В дверь постучали.

– Входи! – крикнул майор.

Та распахнулась, и появился неизменный сопровождающий с обожжённым лицом.

– Проводи госпожу Файру в оранжерею на поверхности, пусть подышит свежим воздухом. Думаю, два часа достаточно для прогулки. Кстати, пускай она будет ежедневной.

– Но вы не имеете права! – заупрямился штурмовик. – Насчёт Файры фон Касс имеются чёткие распоряжения директора…

– Ногш, не зли меня, – попросил майор. – Я улажу данный вопрос с Тихоновой, просто выполняй приказ. Если будет протестовать, скажешь, я распорядился. Всё, можете идти.

Штурмовик сдался и кивнул.

– Всего хорошего, господа, – вставая, попрощалась Файра.

Молоту достался тёплый благодарный взгляд, который, как надеясь девушка, никто, кроме него, не заметит. Как только за ней закрылась дверь, Крейсер и Гюрза повернулись к майору.

– Она тобой вертит, как хочет, – заметил Гюрза.

Крейсер, следуя своей позиции, не вмешивался.

– Денис, может, прекратишь лезть, куда тебя не просят? – строго и безапелляционно заметил Молот. – Что тебе покоя не даёт? Что она беглая княжна? Что она инквизиторша? Или просто стерва?

– Всё вместе, – буркнул Кантин.

– Если я скажу, что она меняется и становится другой, ты мне поверишь?

Крейсер и Гюрза вылупились на командира.