***

Мечислав наблюдал за испытаниями зенитных орудий, и понимал, что они катастрофически проигрывают. Один из немногих штурмовиков в пятый раз проносился над полигоном, таща за собой учебный макет, а зенитчики всё мазали. Пушки ЭМИ едва не завалили сам тягач, спасло лишь чудо. Их признали относительно годными к использованию и сейчас на бывшей базе соколов собирали целых пять штук. Это предельная скорость, с которой их можно собрать: изготовление компонентов не поставили на поток, делали чуть ли не вручную. Если бы об этом позаботились год назад, или сразу, как получили данные об имперцах, то сейчас в распоряжении Молота было бы около сотни. ЭМИ-зенитки били почти на пятнадцать километров, наглухо вырубая любую электронику. Для испытаний пожертвовали двумя машинами, которые обнаружили в столице во время очередного появления города. Техники их отреставрировали и подарили Гачину и Дергу, за что заработали годовую премию.

Вот теперь два реликта времён Империи сгодились. Оживить авто после разрыва снаряда, сгенерировавшего электромагнитный импульс, не вышло, нужно менять всё. Одна проблема: скорострельность двенадцать выстрелов в минуту. Для борьбы с юркими сверхскоростными воздушными целями – отвратительный результат. По этому поводу состоялся разговор с Олегом, который прошёл на повышенных тонах. Штурмовик-разработчик минут двадцать пытался объяснить майору, что это предельная скорость перезарядки, обусловленная кучей непонятных майору особенностей. Из всего разговора Молот вынес одно: быстрее эта штука стрелять не будет.

С гауссами дело обстояло лучше. Олегу удалось добиться хорошей скорострельности, примерно пятьсот выстрелов в минуту, но точность хромала: камера, установленная на макете, показывала, что после двух заходов муляж получил около полусотни пробоин. А выпустили по цели больше тысячи снарядов. Но вроде бы зенитчики приноровились, и на третьем этот показатель превзошёл два предыдущих результата втрое.

– Есть! – ликующе заорал наводчик, когда особо удачной очередью умудрился перерезать макет пополам. Да и дальность стрельбы была внушительной – почти двадцать пять километров.

– Отладим систему наведения, и эта штука будет сбивать всё, что попадёт в радиус действия орудия, – подвёл итог стрельбы Олег. – Думаю, завтра сможем провести повторные испытания, инженеры обещали отслеживание сразу двадцати целей.

Мечислав покосился на него: парень был собой доволен. Но по-прежнему не было возможности атаковать крейсера на орбите. Турбину так и не удалось создать гаусс-пушку достаточной мощности. Сейчас самым главным врагом обитателей ковчега было время.