Рядом с дозорным валялся вытянувшийся во весь рост амбал, в сплюснутой голове которого чернело пулевое отверстие.

Третий бандит скорчился в ямке. Его спину наискось пересекала цепочка аккуратных дырок – «LMG-36» сработал как надо. Лицо закрывала тряпичная маска в стиле Ку-клукс-клан с прорезями для рта и глаз. Рядом валялся короткий автомат – магазин располагался между прикладом и пистолетной рукоятью.

А что за автомат, кстати? Виктор приметил торчащий из-под тела приклад и потянул за него. Сюрприз, однако. Вместо ожидаемого «калашникова» у него в руках оказалась машинка, собранная явно на коленке местными умельцами из деталей разных стрелялок. Смятый когда-то мощным ударом и старательно выправленный неведомым жестянщиком кожух, толстый, явно двурядный магазин, затворная рама, сделанная не иначе в деревенской кузне и доведенная напильником. Рузин пренебрежительно отодвинул в сторону изделие местных кулибиных. Определенно туземцам пора переходить на луки и стрелы.

В карманах кожаной разгрузки было абсолютно пусто. Ни припасов, ни запасных патронов. Но был мешочек, а в нем золотые монеты. Десятки царской чеканки, пара старых советских червонцев с пахарем, идущим за плугом, и несколько непонятных монет, например, треугольная с иероглифами или овальная с волнистым краем. А вот тяжелая серебряная с мечом и соболем на аверсе. На обратной стороне надпись старой графикой «Одинъ соболь». Это что, какие-нибудь деньги местных сибирских анклавов? Или у них раньше были такие монеты в ходу? До местной революции или еще когда?

Золото сунул в карман. Немного подумав, отправил туда и пачку махры, отдаст извозчику.

Затем подошел к главарю. Подобрал «ТТ», а потом не без колебаний опустился возле нечеловеческого тела. Внешне он почти не пострадал, должно быть, почти всю силу выстрела Шамиля поглотил его посох, от которого остались куски оплавленного шлака и расплавленные комочки металла. Пахло озоном, горелым камнем. Что интересно, дохлый «кабанчик» не пах жареным совершенно. От него резко несло канифолью и почему-то мыльным раствором.

Несколько метательных ножей, не раздумывая, добавил к своим трофеям. Вроде все.

И в этот момент заметил рукоять ножа, торчащую из сапога мародера. В тусклом свете блеснул металл рукояти. Виктор вытащил кривой серповидный кинжал в украшенных тиснением кожаных ножнах. Вытащил и уставился на выгравированных на узком лезвии змей, каких-то спрутов с ногами и руками и странные письмена. Штука не производила впечатления оружия. Он им что, хлеб с ветчиной на привале нарезал? Клинок обжег ему руку. Неужто он держит в руках жертвенный нож, каким Темные отправляли жертвы на встречу со своими неведомыми богами?