Вокруг что-то бухало, ревело и клокотало, горло саднило от дыма, но Гринер не обращал на это внимание. Он запер Кендрика в своем сне, а теперь ему предстояло его уничтожить, навсегда. Он порылся за пазухой, зажал камень в кулаке и, подняв руку, с силой сжал пальцы. Из-под них хлынул свет, болезненно яркий. Розовые лучи падали на Кендрика, и плоть его поплыла, открывая истинную суть – прозрачный камень, но не цельный, а словно расколотый гранями внутри, или собранный из множества кристаллов поменьше. Множество граней, отражая свет, сверкали так резко, что Гринеру захотелось отвернуться, чтобы не ослепнуть, но он не мог. С воплем боли, но так и не выпустив камень из обожженных пальцев, он ударил в грудь хрустального тела, в самый его центр, добавив всю свою силу, всю ярость, надежду и веру.

Хрустальная фигура перед ним запылала. Сначала розовым, потом красным, потом багровым… а затем вспыхнула белым пламенем – и погасла.

Гринер, все еще стоя на коленях у тела, раскрыл окровавленную ладонь и ссыпал на землю осколки кристалла. Посмотрел на лежащего перед ним мужчину и, заметив, как затрепетали его веки, сказал:

– Привет, Дориан.

Уэйн исцелял уже без обезболивания – берег силы. Пока Башня потеряла всего троих, насколько он видел: двух учеников и Джофри, Белого. Он не успел отбежать, и какая-то тварь оторвала ему голову. Уэйн присел на корточки рядом с Дерни – тот прижимал к груди окровавленную руку. Белый положил ладонь на рану, и спросил:

– Как успехи?

– Их будто становится только больше, – выдохнул Дерни и ахнул, когда токи магии заструились в руке. – Так не бывает, Уэйн…

– Боюсь, бывает. Случилось худшее… – Белый устало сел на землю. – Наша магия… рвет ослабленную реальность. – Он понял это только что, до того все мысли его были – «бежать и лечить», и снова бежать. – Проколы не остановить.

Маги посмотрели друг другу в глаза. Они знали, что погибнут, но также и знали, что не уйдут отсюда, даже если есть хоть малый шанс выжить. Просто не имеют права.

– Думаю, сейчас Башня сплоченнее, чем когда либо, – горько усмехнулся Уэйн. – Вставай, нам надо…

Откуда-то сбоку в клубах дыма и синей вспышке возник Дерек.

– Собираемся и улепетываем на холм! – закричал он. – Драконий огонь! Драконий огонь!

«Ну конечно, Тео… – в глубине души Уэйна засветилась надежда. – Она превратится и выжжет основную часть тварей, мы добьем остальных…»

Он вскочил и отправил мысленный приказ остальным магам. Когда подбежал Дерек, Белый понял, чего маг так орал. Приложил руки к его ушам и поморщился, когда Дерек выдал долгое ругательство.