– Ваше святейшество, мы, слуги церкви, явились сюда, чтобы украсить ее венец своими победами.

Титус Консент, Хаган Брокк и Клэй Седлако тоже поднялись с колен и встали позади Хекта. Они преподнесли патриарху дары – ключи от ворот Кастрересона и Шивеналя и обломок каменной плиты из Арн-Беду. Вслед за ними другие солдаты преподнесли трофеи из менее значимых крепостей и городов, а еще список с именами всех языческих вождей, сраженных во время битвы при Порту. Дарить патриарху список с именами рыцарей, поверженных под Кауреном, Пайпер не стал. Ведь там значились многие из тех, кто был близок предшественнику Бонифация и Питеру Навайскому.

– Вы хорошо потрудились, господа, – на удивление громким голосом провозгласил Бонифаций. – Очень хорошо потрудились. Да пребудет с вами наше благословение, благословение Аарона и основателей церкви и милость Господня.

– Да пребудет она и с вами, – ответили солдаты.

– Вы верой и правдой служили нам, и за это вас ожидают почести и награды. А еще, как и подобает верным солдатам, вы отправитесь в новые походы по велению церкви. Но не сегодня. Ступайте по домам. Повидайте родных. Наведайтесь к исповеднику. Очистите души перед Всевышним. А главное, насладитесь заслуженным отдыхом.

Мало кто теперь уже помнил, что в юности Хьюго Монгоз пять лет провел в Святых Землях, истребляя язычников. Он не забыл, что такое жизнь солдата.

В конце этой речи голос Бонифация дрогнул. Рука, благословляющая войско, тоже чуть дрожала. Священники увели патриарха обратно во дворец.

Главнокомандующий сделал своим солдатам знак подняться с колен.

– Сержант Бехтер, оружие нужно отнести в Кастеллу, – приказал он. – Держите его отдельно от оружия братьев. Предоставьте в Кастелле место для ночлега тем, кому некуда идти. Кто захочет, может завтра отправиться в свои гарнизоны. Когда потребуется общий сбор, я дам знать. – Он ни на минуту не забывал о тех, кто остался на Артесипее. Их тоже необходимо было как можно скорее вызволить оттуда.

Хект снова и снова отдавал приказы, даже тем, кто в них совсем не нуждался. Пожимал руки самым близким своим товарищам.

– Ну что, Титус, готов отправиться к своим?

– Давно готов, мой господин. Надеюсь, дома уже ждут.

– Ты послал весточку?

– Думаю, они уже знают. Ваших детей я заметил в толпе на проспекте Чамблен.

– Мадук, ворог тебя подери! Теперь-то что?

– Мой господин, мы отвечаем за вашу жизнь, – чуть попятившись, отозвался капитан личной стражи. Он был слегка ошарашен – раньше главнокомандующий при нем никогда не богохульствовал.

– Вас что, семьи не ждут? – спросил Пайпер и тут же пожалел о своих словах: почти все его телохранители состояли в Братстве Войны, и другой семьи, кроме Братства, у них не было.