– Слишком опасно!! – возопил целитель.

– Тарань! Влезай! Помоги ему вытащить воспоминания! Ну, пожалуйста, не останавливайся! – упрашивала она, сжимая кулачки и чуть ли не подпрыгивая в своём углу.

– Он может не выдержать!

– Выдержит! Я уверена!

– Ладно, – вдруг спокойно, равнодушно бросил Фершал. – Давай попробуем.

Он шумно выдохнул:

– Уф-ф-ф-фа-а! – яростно скребанул там, где должен был находиться подбородок, но лишь скользнул скрюченными пальцами по щитку защитного шлема… Продолжая движение руки, опустил правую ладонь, затем добавил вторую, левую, и буквально вцепился пальцами в виски Крайта.

* * *

…Успокоиться не удавалось. Наоборот, Дан был зол. Очень, очень зол.

Кто-то из службы мониторинга разбудил его посреди ночи и призвал срочно явиться. Причём Дана обозлил не прерванный сон, а недосказанность собеседника на том конце линии. Что за игры? Почему нельзя сразу доложить о причине?

При таких негативных факторах командир группы оперативного реагирования имел полное право открыть дверь «с пинка». Этим правом он и воспользовался.

– Что за конфиденциальность, нах?! – рявкнул он.

– Извини, капитан, но так нужно, – вежливым тоном произнёс полноватый мужик в очках и зеленоватом комбинезоне персонала научного обеспечения. – А если ты продолжишь орать, то подставишь и меня, и себя. – После этих слов научник пригладил редкие волосы на голове.

– Ты прав, – уже мирно произнёс Дан, – я погорячился.

Этого мужчину звали Евгений Петрович, за глаза – Доцент.

– Бывает, – буркнул наблюдатель.

– Так что случилось? Зачем звал? – спросил Дан, подходя к его рабочему месту.

– Вот. – Доцент развернулся в кресле и ткнул пальцем в один из дисплеев, которые во множестве расположились перед ним. – Здесь датчики зафиксировали вспышку энергии. Аналогичную той, что фиксировали наши сканеры, когда следили за недавним перемещенцем… Ты должен помнить, твоя группа вылетала.

– Он умер, – сухо констатировал Дан.

Однако под ложечкой вдруг засосало. Неуверенность выпрыгнула из закоулков подсознания: а вдруг нет?!