* * *

…Дан размешивал сахар в кружке с чаем, едва сдерживаясь, чтобы не швырнуть её на пол.

Вот уже которые сутки тяжёлые мысли не давали ему нормально существовать. Ненависть к перемещенцу переполняла пограничника, норовя выплеснуться. Раньше он не срывался, не позволял эмоциям повелевать собой, а тут, когда враг ускользнул непобеждённым, – не сдюжил. Накопилось за столько-то времени…

– Привет! И сегодня ты опять не в духе.

Подняв глаза, он увидел садящуюся напротив женщину в хамелеонистой униформе системы, которую использовали кадры из клана «перехватчиков». Официально адепты этой организации именовались иначе, но в разговорах использовалось это слово, для краткости.

В руках она держала поднос с комплексным обедом.

– Привет, Кэс. За каким чёртом тебя принесло на границу? – Эти слова он произнёс ну совсем неприветливо. Но не потому, что ни с кем не хотел разговаривать. Просто такая интонация получилась сама собой.

Перехватчицу его грубость ничуть не смутила. Она с едва заметной улыбкой провернула ложку в салате и отправила в рот пару листочков зелени.

– Ты прям сам не свой. Проблемки? – непринуждённо поинтересовалась Касатка.

– А-а… – отмахнулся капитан. – Мелочи.

– Ты же вроде не загоняешься по мелочам…

– Кэс! – повысил он голос. – Ешь молча!

– Мог бы сразу попросить уйти, – упрекнула она, встала из-за стола, забрала поднос и пошла в противоположный конец столовой, расположенной в административном корпусе заставы.

Провожая её сумрачным взглядом, Данилов мысленно выругался. Вот не стоило обижать, а получилось вон как. Но эта зонница тоже хороша: видит ведь, что офицер загружен собственными думами, но при этом лезет ему под кожу. Настоящая змея. И всегда была такая. Уже года два на заставах периодически шастает, типа в статусе порученки от командира своего клана, успела показать себя. Но сейчас…

«Нет, прокол всё-таки мой, – мысленно огласил вердикт Дан. – Касатка фемина любопытная, работа у неё такая, вынюхивать везде и всюду, и я это знаю. Потому и виноват. Должен был нормально отреагировать на вопросы, а не скалиться. Повёл себя непрофессионально. Придётся извиняться…»

С такими опасными тварями, как она, в особенности важно держаться накоротке и считаться «своим в доску».

Отхлебнув из кружки, капитан расплылся на стуле и прикрыл глаза. В последние ночи он очень плохо спал. А когда засыпал, в душных снах приходили воспоминания о том, как он переметнулся на другую сторону фронта. И просыпался Данилов с отвращением к службе на Периметре, лямку которой был вынужден тянуть.

Долбаные «союзнички» Трота! Понимали бы, во что вляпались…