– О Аллах, да кто говорит о предательстве. Речь о тех вещах, которые вы должны знать. Полагаю, главное, что вы должны знать, – историю моей семьи, а не семьи господина Крайса. Зная ее, вы сможете понять, почему я разговариваю с вами, и поверить мне.

– Я вряд ли смогу поверить вам.

– Я выбрал неточное слово. Сотрудничать – так будет точнее.

…

– Так вот, мой отец, Фарук Алди, был бизнесменом и банкиром в Ливане. Бизнесменом и банкиром, который своими глазами видел гражданскую войну в Ливане. Он своими глазами и из рассказов доверенных лиц видел все то, что происходило на моей родине на протяжении более чем пятнадцати лет.

Амир сел прямее, смотря мне в глаза.

– Именно тогда мой отец понял, насколько велик заряд гнева и ненависти, который скопился в людях. Насколько они готовы жертвовать собой ради нескольких слов в засаленной книжонке, обещающей им место в раю. Он понял, что со временем это не пройдет, будет только хуже и хуже. Он понял, что это будет распространяться.

…

– У нас в семье было четкое разделение. То, что для одних бедствие, для других – это возможность. Мой отец поставил на то, что джихад на пути Аллаха захватит огромные территории, и оказался в этом прав. Кстати, вам известно такое выражение из области биржевой торговли – покупай, когда льется кровь.

– Нет.

– А моему отцу оно было известно. Мой старший брат окончил медресе в Кветте, а потом и университет Аль-Азизия в Египте. Потом он встал на джихад и благодаря своему высшему религиозному образованию стал одним из наиболее авторитетных полевых командиров джихада. Я же окончил школу Ле Росе в Швейцарии, и мне была уготована несколько иная роль.

– Роль банкира.

– Верно, хотя не совсем. Видите ли, в последние годы перед своей гибелью США предпринимали все возможные усилия с тем, чтобы прекратить финансирование террора. Я со своим западным образованием и друзьями в Лондоне и Франкфурте работал в противоположном направлении, и работал успешно. Видите ли… когда кризис – люди мало обращают внимание на происхождение денег, которые попадают им в руки. Мой брат вел джихад меча против неверных, а я вел своего рода финансовый джихад. Мои друзья думали, что я просто нечистоплотный банкир, но дело было несколько в другом. Они просто хотели навариться, а я хотел уничтожить США как оплот зла. И моя роль в падении США больше, чем кто-либо может себе представить. Скажем так… те первые успехи конфедералистов одновременно со странной пассивностью системы… они не случайны. Осел, нагруженный золотом, пройдет в любую дверь.

– Верится с трудом.